— Я не одобряю, Белладонна. Такие мечты опасны. Ты хоть представляешь, что подстерегает человека за пределами нашей системы? Вещи, о которых мы и не слышали. Жуткие. Так что, дочь, выброси это из головы. Инженер-конструктор и здесь нужен. Это уважаемо. Курсы пройдёшь и пойдёшь работать.

Подняв голову, взглянула на него. Усталый. Закашлявшись, он достал платок и прижал ко рту. Снова кашель. Глухой и такой грубый. Надрывный.

— Папа, — я встревожилась.

Он, тряхнув головой, выровнял дыхание и поспешно убрал платок. Но я увидела на нём капли крови.

— Пап, сходи к фельдшеру, — шепнула испуганно.

— Уже был, дочь. Был.

Отмахнувшись, он поднялся на ноги и протянул мне руку.

— Пойдём домой. У тебя ещё рисунок.

Кивнув, я поплелась за ним. С одной стороны, рада была, что он не стал кричать на меня, но с другой — это было странно. Папа всегда бурно выражал недовольство. Руку, конечно, никогда не поднимал, но выслушивала я от него много.

Но сейчас он так просто всё спустил, да и кровь на платке.

Какое-то нехорошее предчувствие кольнуло в груди.

— А знаешь, дочь, наверное, не прав я, — он остановился и развернул меня к себе. — Мечтай. Зачем тебе эти станки и мусоровозы? Жизнь не такая уж и длинная. Хочешь быть гонщицей — дерзай. Собирай свой этот стрибайк. Выбирайся отсюда. Здесь ничуть не безопаснее. Церера как ни крути — а помойка, и выбросы здесь погубят любого.

Вздохнув, он положил руку мне на голову, потрепал волосы. Столько нежности было в его глазах. Мягкости.

— Папа, — мой голос дрогнул.

— Ты у меня умница, Белла. — он улыбнулся. — Бесхитростная, но это ничего. С возрастом всё придёт. Нарисуй им чего-нибудь, чтобы отстали и не дёргали. И мечтай, милая. Выбирайся с Цереры, жизнь здесь совсем пустая и никчёмная.

Моя челюсть затряслась.

Всхлипнув, я не удержала подступившие слёзы и обняла его.

— Ну чего ты, родная. Я тебе только хорошего желаю. Нельзя здесь жить, но слишком поздно я это осознал. Так что мечтай, милая, и иди до конца. И пусть они тут все хоть ядом исходят. А ты добивайся. Обещаешь?

— Да, папа, — шепнула, вдыхая неприятный едкий запах его робы. — Добьюсь. И стану гонщицей.

— Умница! Пойдем домой, приготовим чего-нибудь вкусного и расскажешь мне про эту свою Лиру. Обсудим модель твоего этого стрибайка. Пока силы есть, помогу тебе создать рабочий чертеж. Это основа всего. Главное, все правильно просчитать...

... Через месяц отца не стало. Отёк лёгких. Стоя на ступенях крематория, я сжимала в руках урну. Рядом тихо плакала мама и надрывно кашляла в платок.

Я же не могла поверить в то, что такого грозного и сильного отца сгубили цеховые выбросы. Та самая ядовитая вонь, что ощущалась от его вечно грязной рабочей куртки.

Подняв голову, уставилась на трубы завода. Он дышал ею годами. И это его убило.

Нет, я из кожи вон вылезу, но уберусь отсюда. Осуществлю мечту, и никто меня не остановит.

Никто!

Глава 1

16 лет спустя

Станция Эймак, звездная система Матрокс

Разгрузка. По трюму прокатился громкий сигнал. Поморщившись, я прикрыла уши ладонями. Дребезжащий звук смолк.

Поднявшись со старого пластикового короба с инструментами, оценила объем работы. Немного, но побегать придется. Медлить не стоило.

Запрыгнув в погрузчик, я активировала вилы и подцепила первый контейнер. Потащила его к медленно открывающемуся люку. Створки разъезжались с легким скрипом. Через образовавшуюся щель я могла разглядеть платформу небольшой нелегальной станции. Там мелькали фигуры рабочих. Слышались выкрики на неизвестном мне гортанном языке.

Обычный порт, каких миллиарды.

— Белла, особо не спеши. Покупатели еще не прибыли, — мой наручный радиопередатчик ожил, и раздался голос капитана Хошори. — Мы здесь пробудем несколько часов, так что как контейнеры выставишь, можешь пробежаться по магазинчикам. Но ни шагу в одиночку с платформы. Кого-нибудь из мальчиков с собой возьмешь.

— Магазины! — к голосу капитана добавился еще один. — У-ля-ля, я готов хоть сейчас.

Замерев на секунду, я поморщилась и зыркнула на портативный передатчик на руке. Говоривший не унимался:

— Ну, лапушка, готова? Ты, я и бутики... А там примерочные... М-м-м... Я тебе носочки как у меня куплю. Хочешь?

— Нет, что-то не хочется, — фыркнула я в ответ. — Наслышана я о том, как ты, шмоточник, по этим самым бутикам бегаешь. Боюсь, не переживу я такого похода по магазинам.

Грубо, но зато доходчиво. Ну, это я так думала. А вот кое-кто полагал иначе.

— Да кого ты слушаешь, сердечко мое. Все поклеп! Скажи, кто посмел так меня оговорить. Имя?

Я снова скривилась. Нет, все было в моей новой работе хорошо. И начальник — любимый дядя Эван, и капитан заботливый. И остальные ребята — чудесные, все из семьи.

Но... была одна белобрысая ложка дегтя в моей нынешней жизни, и звали ее...

— Кирроси! Ты снова Белле докучаешь? Я тебе сколько раз говорил — твои шуточки не про нее!