Так-так-так. Ничего интересного, по сути. Никакой он не банкир, как я до того думала. И не энергетик. И даже не захудалый нефтяник. Этот человек сколотил свое немалое состояние на банальном ритейле. Купи-продай. Пока не стал одним из крупнейших в стране владельцем сетевых супер- и гипермаркетов. Помимо этого, в его актив упало огромное количество торговых, складских площадей и земли, на которой они стояли.

И таким вот тихим сапом этот мужчина попал-таки в первую сотню богатейших людей страны.

Конечно, по бумагам, бизнес Ремезова сейчас принадлежал совсем не ему. А сам он уже несколько лет активно занимался своим политическим продвижением. Сначала просто депутатом был, потом зампредседателем то одного комитета, то другого. Но вся эта мелкая пахота его, по всей видимости, мало волновала.

Он метил в правительство или мечтал возглавить какой-то регион.

По факту, дела отчима только шли в горы, а банковские счета прибавляли нулей как на дрожжах. Но одних лишь денег ему было мало — он стремился к власти.

Она кружила ему голову и опьяняла. И теперь я примерно понимала, почему Михаил так упорно прижимал к ногтю меня и своих сыновей. Он был готов пожертвовать всем, даже нашим счастьем, в угоду собственной мечте.

— Проглотит и не подавится, — отложив телефон в сторону, прошептала я себе под нос.

— Что? — спросила мама, смотря на меня с изрядной долей подозрения, но я только улыбнулась и отрицательно качнула головой.

И снова соврала. Легко и непринужденно.

А чего? С волками жить — по-волчьи выть...

— Диме написала, что разговор есть серьезный, а он не отвечает.

— Пф-ф-ф, разговор, — закатила глаза родительница, — просто обрисуй ему ситуацию, что он на дне, а ты принцесса. Затем снеси его в «черный список». И все! Проблема решена.

— Я не волшебница, мама, — улыбнулась я покладисто, — я еще только учусь.

***

Возможно, после полуночи дам еще один кусь)

Глава 12.2

Милана

Женщина на мои слова лишь кивнула, возвращаясь к гаджету и принимаясь и дальше переписываться со своими новоиспеченными подружками из высшего общества. А я вгляделась в черты ее лица и впервые в жизни недоуменно вздохнула, не понимая, как так вообще вышло, что она моя мать.

Мы будто бы с разных планет. Но, что самое ужасное — я больше не чувствовала острой потребности стать ей любимой дочерью. Угодить. Порадовать.

Она меня будто бы продала своему мужу, чтобы и самой нацепить титул жены губернатора. А что там со мной будет — плевать!

Вот под такие удручающие мысли мы и приехали в дом, который стал мне золотой клеткой. Делать было нечего — пришлось топать в свою комнату, где пришлось разбирать чемодан и приводить себя после долгой дороги в порядок. А там уж и на поздний ужин спускаться.

Но за столом, к моему большому удивлению и, чего уж греха таить, к огорчению, Арсения и Кирилла не обнаружилось. Михаил лишь кратко пояснил, что братья укатили в город по каким-то своим и архиважным делам.

А у меня вдруг от такой новости аппетит пропал. И настроение совершенно вниз скатилось. Все на что меня хватило — это поковыряться в салате, запихать в себя кусочек рыбы и сделать глоток сока. Все.

Дальше я извинилась и вышла из-за стола да поплелась к себе в комнату, где почти тут же завалилась на постель и забилась муторным, поверхностным сном, наполненным призрачными и пугающими образами.

Но спустя несколько часов вздрогнула и едва ли в голос не заорала от страха. Правда, тут же обессиленно стихла, понимая, что опутана знакомыми запахами. С одной стороны — сладкой терпкостью. А с другой — цитрусовой свежестью.

И наконец-то осознала, что лежу в темноте в своей кровати.

Позади меня Арсений чуть обнимает за талию.

Впереди меня Кирилл успокаивающе гладит по щеке. И шепчет:

— Не бойся, малышка, это не монстры.

— Это всего лишь мы, — на ухо едва слышно прошелестел Арс, а у меня от этого внизу живота будто бы ядерный взрыв прогремел. Неожиданно мощно.

И жарко. Пульсирующе!

— Вы напугали меня, — прохрипела я, протягивая руку и обжигаясь о стальной пресс Кирилла.

Тут же одернула ладошку и к груди ее, словно обожженную, прижала. Задыхаясь. И не понимая, что делать.

Чего они тут развалились вообще, спрашивается?

Зачем так близко?

Я ведь чувствую, как они дышат! Как бьются их сердца! Я словно завернута в них!

— Прости, — шершавый палец Кирилл вскользь прошелся по моей нижней губе, а сам парень еще ближе подался ко мне, — мы не хотели.

— Совсем не хотели, — преступно тесно прижался ко мне сзади Арсений, — мы принесли тебе подарок.

А я от их близости и слов судорожно сглотнула. А затем и зажмурилась. И едва не завизжала, потому что в комнате вспыхнул свет от прикроватной тумбы. Но тут же стихла...

Ибо почти моментально потонула в черноте ночи глаз Кирилла Ремезова. Пока он что-то говорил мне. Что-то совал в руки. И улыбался...

— Что? — переспросила я, все еще зависая на кровати между двумя парнями, позорно радуясь, что прикрыта легкой простыней, а они лежат поверх нее.

— Подарок, — повторил Арс.