— А-а, это все потому, что я первый раз вижу море, вот и все, — пожала я плечами, — у нас с бабушкой на такие мероприятия отродясь денег не было. Мама ездила, конечно, но нас с собой никогда не брала. Только фотографии потом показывала, да магнитики на холодильник привозила. А теперь вот — даже не верится, что я все это своими глазами увижу.

— Все это?

— Ну да, — рассмеялась я, — пальмы там и все такое...

— Все такое? — хохотнул Арсений, а потом уже шепотом добавил. — Милаша, готовься, мы с Киром планируем ходить по пляжу в одних трусах.

Мой мозг от этого заявления форменно ушел на перезагрузку. Рефлексов же хватило только на то, чтобы тупо пожать плечами, покраснеть с ног до головы и пискнуть:

— Ясно. Спасибо, что предупредил.

— Не за что, — потянул парень, медленно облизываясь и разглядывая меня так, будто бы видел впервые.

А я от его этого внимания как-то даже растерялась. Принялась суматошно поправлять волосы. А затем и вовсе нахмурилась и уточнила:

— У меня что, лицо грязное?

— На самом деле нет. Просто оно у тебя такое, что хочется взять и...

Но закончить свою мысль Арсению уже было не суждено.

— Дети, поторопимся! — окликнул нас Михаил Ремезов, и мы сразу же закруглились с разговорами, да ускоренно поспешили на выход из самолета.

А на получении багажа уже родительница решила снова почитать мне нотации и доходчиво объяснить, как я должна по ее августейшему мнению жить свою жизнь:

— Милана, я хочу, чтобы ты разговоры с этими двумя дармоедами свела к минимуму.

— Но они сами со мной говорят, мам, — недоуменно нахмурилась я, — я просто отвечаю любезностью на любезность, вот и все.

— Дочь, — назидательно рубанула женщина, — уж поверь моему жизненному опыту: эти два брата-акробата ничего не делают просто так и уж тем более ради пресловутой любезности. А потому я не верю их улыбкам и тем резким изменениям в поведении, которые они демонстрируют.

— Мам, ну ты на что намекаешь? — устало потерла я виски.

— Не знаю, Милана, но вот у меня чуйка просто орет дурниной, когда я смотрю на эти смазливые рожи. Еще несколько месяцев назад они выносили нам с Михаилом мозги. А теперь вдруг начали прикидываться ангелами? Нет, так не бывает! Уж я это точно знаю.

— Ладно..., — кивнула я, только чтобы не слушать эту очевидную ересь.

У моей мамы, видимо, уже до маразма все дошло, раз она везде врагов видит и коварные интриги против нее с Михаилом. Нужны они больно кому-то? Ведь столько времени уже прошло после развода, да и ребята далеко не дураки, чтобы всякой херней заниматься.

Взрослые же парни, ну!

— И смотри у меня, Милана, чтобы они черту дозволенного не переступали. Если что, сразу мне говори. От этих двух идиотов все, что хочешь, можно ожидать.

— Ничего такого, мам..., — бойко начала я оправдываться, но тут же стихла.

— Хотя куда им до тебя? Ты у меня фиалка непорочная, нежная и чистая. Я же видела их фавориток — акулы.

— У Кирилла и Арсения есть девушки? — охнула я, с удивлением чувствуя, как грудную клетку перехватили стальные обручи и резко ее сжали. До легкой тошноты.

— Ну не девственники же они до сих пор, дочь, — фыркнула женщина.

— Мама! — охнула я, но та только от меня отмахнулась.

— Меняют их, правда, как перчатки, — оглянувшись по сторонам и убедившись, что мужчины увлечены своей беседой, продолжила, — но Кирилла я лично несколько раз видела в обществе Эвелины Мазур — дочери делового партнера Михаила. Эффектная такая стрекоза, красивая, стильная, ухоженная. И влюбленная до ужаса в этого придурка.

— М-м, — потянула я и отвернулась,

— У Михаила даже разговор с отцом этой девочки был. Обсуждали возможный брак Кирилла и Эвелины, какие бонусы он даст обоим семьям. В общем, тема интересная. Я думаю, если этот придурочный мартовский кот ничего не отчебучит, то хоть какая-та польза от него да будет. Мазуры — очень влиятельные и богатые люди. И их дочь — единственная наследница огромного состояния.

— Ясно, — кивнула я, ощущая иррациональное раздражение.

И неприятие. Нельзя ведь так! Одной говорить, что она красивая и с поцелуями в ночи приставать, а самому отношения иметь с другой девушкой.

Поджала губы, и приняла жесткое решение.

Никогда больше я в свою сторону вольностей от Кирилла Ремезова не позволю! Так-то! Пусть про массажи и воспоминания о том, как прекрасно и сладко было меня целовать, своей девушке рассказывает. В красках!

А я пас!

Но тут же, как специально, напоролась на колючий, жалящий взгляд парня. Он улыбнулся мне и подмигнул, а я лишь нахмурилась и сразу отвернулась, ощущая, как расползается кипучий жар по венам.

Ишь, какой! Мне одно говорит, а сам...

Козел!

Глава 9.1

Милана

Все остальное время, пока этот день не завершился, я старалась даже не дышать в сторону братьев Ремезовых. Не думать. И не глядеть на них. С последним было в особенности сложно.