Точно так же, как и моей матери начхать на то, что хочу я.

— Кстати, Милана, я что звоню-то...

— Да? — затаила я дыхание.

— Я только что говорил с Михаилом Ремезовым и лично отпросил тебя у него на свидание. Сказал, что приготовил для тебя сюрприз и сойду с ума, если он не позволит нам увидеться.

— И он согласился? — скрестила я пальцы на руках.

— Согласился. И уже даже твоего водителя отменил. Теперь за него буду я.

Боже, да!

Мои колени подкосились. Я прислонилась к стене, чтобы не упасть. Прикрыла веки и едва не расплакалась от оглушительного облегчения.

— Ренат, ты просто чудо!

— Я — лучше. Но давай к делу. Я буду у твоего института примерно через минут пятнадцать. Потом отвезу тебя к себе. А там уж поменяю тачку, чтобы не засветиться, и укачу в Питер. А ты, пожалуйста, веди себя хорошо и выжди нужное время прежде, чем ехать домой, ладно? Не хочется, чтобы меня спалили, потому что до завтра я не планирую возвращаться обратно. Да и за нами, скорее всего, до сих пор могут следить. С этих чертей станется.

— Ну вы и конспираторы..., — тяжело выдохнула я, качая головой и понимая, что это все стало как-то глобально сложно.

Все перемешалось в доме Облонских.

Айдаров ничего мне не ответил. Скинул вызов, а приехал за мной ровно, как и обещал. За это время я успела поставить в известность мать, что Михаил дал добро на встречу с Ренатом. Та лишь деловито посоветовала мне сильно не отсвечивать на публику.

Мол, люди уже начали работу над моим образом невинной и прекрасной деревенщины, которую пригрел у себя на груди ее великолепный и щедрый муж. Я изобразила рвотный позыв, но маму клятвенно заверила, что проблем не будет.

Я — фиалка!

Божий одуван!

Девочка-целочка!

Свет в окне и дальше по списку...

А то, что я одновременно спала сразу с двумя братьями Ремезовыми маме было знать не обязательно.

Но это все было совершенно неважно. Ведь на повестке дня была моя встреча с моими мальчиками. Уже скоро! Осталось потерпеть всего ничего.

И вот уже Ренат забрал меня у институтских ступеней и вжал педаль газа в пол, торопясь скорее доставить меня до своего дома. А там уж завел меня в свою квартиру и передал дубликат ключей. Еще раз обнял и поблагодарил за помощь, а затем поторопился оставить меня одну.

И вот тут мой телефон снова ожил.

Это был Кир.

— Малышка?

— Да, — выдохнула я.

— Выйди из квартиры, закрой ее на ключ и поднимись на три этажа выше. А затем позвони в квартиру под номером пятьдесят пять.

— Что?

— Делай.

— Я не понимаю...

А он уже и отключился. Но я не стала разбираться, что, к чему и почему. Я на диком, бурлящем ускорении кинулась делать так, как мне сказали, едва ли не путаясь в своих конечностях. А там уж спустя всего две минуты стояла перед нужной дверью.

И смело вдавила палец в дверной звонок.

А мне тут же открыли и сильные руки Арса втянули меня внутрь, сразу же крепко-крепко прижимая к груди. Укутывая в свое тепло и аромат терпкой сладости, которая напрочь вынесла мне мозги из черепной коробки.

Так хорошо...

Так правильно!

Вот, где я и должна была быть. С ними! С высокий, статным и любимым Арсением. И чтобы его брат Кирилл обнимал меня, с другой стороны, обваривая мои рецепторы своей близостью и таким нужным мне жаром.

Боже! Спасибо тебе за это!

А затем меня окунули в чистый рай. На полной скорости, похерив где-то по дороге тормоза. Да и не нужны они нам были вовсе. Слишком ведь истосковались. Слишком велика была потребность в друг друге. Слишком невыносимо было порознь.

Почти смертельно!

— Блядь, малыш... — выдохнул Арс, прикусывая мне нижнюю губу с нетерпеливым шипением.

— Наконец-то, — прорычал мне в ухо Кир, с оттяжкой лизнув мочку и тем самым запуская волну восхитительных мурашек по моему телу.

— Мы так соскучились, котёнок...

— И я по вам, — выгибалась я в их руках, чувствуя, как веки жжет соленая влага от щемящей радости, — вы даже себе представить не можете, как сильно!

— Можем...

А затем Кир повернул мое лицо к себе и атаковал мой рот своим языком. Сразу глубоко. Сразу по-взрослому. Ритмично толкаясь в меня и вылизывая, посасывая мои губы и накачивая меня под завязку своим крышесносным вкусом мятного леденца.

И пока он делал это, а у меня кружилась голова, Арс тем временем уже торопливо вытряхивал меня из пальто. Расстегивал на мне блузку, через тонкую шелковую ткань прикусывая уже вставшие от дикого возбуждения соски.

А затем задрал юбку и быстрым, голодным движением пробежался пальцами у меня между ног, чуть сжимая лобок так, что меня всю от макушки до пят прострелило мощной электрической судорогой. И выбило стон...

— Уже горячая, Милаш, да? — прохрипел он, стягивая одной рукой чашечки бюстгальтера вниз, а другой обжигая круговым движением пальцев клитор.

А я на носочки взвилась, понимая, что меня уже размазало!