[Риск полной ассимиляции: 15% (Сдерживается духовной энергией Шинигами и ядами).]

[Рекомендация: Экстренный сброс излишков Ян-чакры или поглощение концентрированной Инь-чакры.]

Сброс излишков. Легко сказать.

Я могу пойти в Лес Смерти и вырастить там пару гектаров секвой, но это привлечет внимание. А мне сейчас внимание нужно меньше всего.

После ареста Данзо Коноха гудела, как растревоженный улей.

Минато официально объявил о роспуске Корня в связи с «многочисленными нарушениями устава АНБУ и незаконными экспериментами». Данзо был помещен в тюрьму максимальной безопасности под охраной доверенных людей Хокаге.

Учиха ликовали (тихо, в своих кварталах). Совет Старейшин (Кохару и Хомура) был в шоке, но после того, как Минато предъявил им часть уцелевших документов Корня, они предпочли заткнуться и не защищать старого друга.

Но политическая победа не лечит физиологические баги.

Я вздохнул, попытался взять чашку левой рукой, но отвлекся на стук в дверь.

— Капитан Торикабуто, — раздался из-за двери голос Итачи. Спокойный, ровный.

Я быстро накинул широкий халат, пряча шипованную руку в складках ткани.

— Входи, Ласка.

Итачи вошел. Он был без маски, в обычной повседневной одежде Учиха.

— Отец просил передать вам... слова благодарности, — сказал он, кланяясь. — Клан вздохнул свободнее. Давление исчезло. Яширо-сан и другие больше не говорят о заговорах. Они готовятся к интеграции Полиции в общую структуру деревни, как предложил Хокаге-сама.

— Рад это слышать, — я кивнул. — Передай Фугаку-сама, что я ценю его благоразумие.

Итачи не уходил. Он переминался с ноги на ногу. Для него это было признаком высшей степени нервозности.

— Капитан. Вчера, во время операции в Корне... вы были там. С Хокаге.

— Был.

— Говорят, Данзо-сама использовал Стихию Дерева. И что... кто-то из АНБУ нейтрализовал его тем же методом.

Слухи. В Конохе ничего нельзя утаить. АНБУ тоже люди, они болтают.

Я посмотрел на Итачи. Гениальный мальчик. Он складывает два и два быстрее калькулятора. Он видел мои «странные» методы на миссиях. Он знает, что я лечил его Инь-чакру. И теперь он пришел с вопросами.

— Итачи, — я откинулся в кресле, не вынимая правой руки из-под халата. — В АНБУ есть правило. Если ты не видел этого своими глазами — этого не было. Если ты видел это своими глазами, но командир сказал, что этого не было — значит, у тебя галлюцинации. Ты понял меня?

Итачи встретил мой взгляд своим черным, немигающим взором.

— Вы учили меня не доверять слепо тому, что говорят, капитан. Вы учили меня анализировать. Вы — носитель Мокутона. Как и Первый Хокаге. Как и Данзо. И... как те белые существа из Кири.

Мальчик бьет не в бровь, а в глаз.

Я мог бы соврать. Сказать про секретные техники печатей. Но Итачи слишком важен для моих будущих планов (особенно план с Обито). Доверие нужно строить на правде. Хотя бы на дозированной.

— Да, Ласка. У меня есть Мокутон, — я медленно вытащил правую руку из-под халата.

Итачи не отшатнулся, но его глаза расширились. Черное дерево, шипы, пульсирующая зелено-серая чакра. Это выглядело жутко.

— Это не дар небес, Итачи. Это проклятие генной инженерии, — тихо сказал я. — Данзо и Орочимару пытались создать идеальное оружие. Они потерпели неудачу много раз. Данзо заплатил за это своей рукой и рассудком. А я... я пока держусь. Но эта сила жрет меня.

Я посмотрел на свою шипованную конечность.

— Вчера я вытянул нестабильную чакру из Данзо, чтобы он не взорвал бункер. Теперь эта грязь во мне. Мне нужен сброс. Иначе я стану бревном. И раз уж ты здесь и задаешь умные вопросы... ты мне поможешь.

Итачи выпрямился.

— Что я должен делать, капитан?

— Собирайся. Мы идем за город. На пикник. С очень большим количеством дров.

***

Мы вышли за пределы Конохи, углубившись в Дикий Лес — буферную зону между Страной Огня и Страной Рек. Место безлюдное, идеальное для того, чтобы пошуметь.

Я остановился на обширной поляне, окруженной скалами.

Правая рука зудела так, словно под кожей ползали муравьи. Ян-чакра требовала выхода.

Я повернулся к Итачи.

— Знаешь, как работает Стихия Огня твоего клана?

— Концентрация чакры в легких, преобразование формы, высвобождение, — отрапортовал Итачи.

— Отлично. А знаешь, как работает Мокутон? Это не просто создание дерева. Это дарование жизни неживой материи за счет твоей собственной жизненной силы. Если у тебя слишком много жизни — ты должен её отдать, иначе лопнешь.

Я снял плащ, оставшись в черной водолазке без правого рукава.

— Твоя задача, Ласка, — сжигать всё, что я создам. Не дай этому лесу разрастись за пределы поляны. Если лес выйдет из-под контроля, он начнет высасывать чакру из почвы и разрушит экосистему. Жги. В полную силу. Не экономь.

Итачи кивнул, его глаза вспыхнули алым светом. Шаринган с тремя томоэ.

— Готов.