Что, если я смогу симулировать эту боль на нейрохимическом уровне? Создать препарат, который заставит мозг Обито поверить, что он пережил ад, не убивая при этом никого в реальности?

Я хищно улыбнулся.

Продолжение (доп. главы наперед на бусти): напишите в браузере: boosty Hirasawa - это мой профиль!] или boosty to/hirasawa (точку поставьте)

Глава 65: Химия скорби и званый ужин с призраком

Если вдуматься, эволюционный механизм Учиха — это просто биологический баг, который они умудрились превратить в фичу. Их мозг реагирует на острую эмоциональную травму выбросом специфической чакры, которая перестраивает зрительные нервы. Чем глубже травма, тем сильнее мутация. Шаринган, Мангекё.

— Идиотизм, — пробормотал я, склонившись над микроскопом в своей лаборатории. — Это как если бы человек получал способность летать только после того, как ему отрубят обе ноги.

Я капнул реагент на стекло. Передо мной лежал образец крови Обито (взял у него под предлогом планового медосмотра АНБУ).

Моя задача — «Пробуждение Героя» — казалась невыполнимой. Заставить мозг Учиха выработать «чакру скорби» без самой скорби.

Я перебрал в уме все, что знал из свитков Орочимару и собственных исследований.

Сыворотка Ясности, которую я давал Итачи и Шисуи, делала обратное — она блокировала эти всплески, сохраняя холодный рассудок. Мне же нужен был препарат-антипод. Индуктор.

Что-то, что заставит миндалевидное тело мозга Обито кричать от ужаса, пока сам он будет пить чай в безопасности.

Я взял пробирку с вытяжкой из яда паука-паралитика. Этот яд вызывает жуткие галлюцинации и панические атаки. Затем добавил каплю экстракта из корня «Черной вдовы» — стимулятор Инь-чакры.

Смесь зашипела, меняя цвет с зеленого на тревожно-фиолетовый.

Я капнул это варево на образец крови Обито.

[Анализ... Реакция отторжения. Клетки разрушены.]

— Дерьмо, — я выбросил стекло в утилизатор. — Слишком агрессивно. Мозг просто отключится от болевого шока, а Шаринган не успеет сформироваться.

Нужен катализатор. Что-то, что свяжет иллюзию боли с реальным эмоциональным фоном.

Я потер подбородок (здоровой, не-деревянной рукой).

А что, если использовать гендзюцу? Не визуальное, а химическое. Препарат, который временно отключит рациональное мышление и многократно усилит эмпатию, а затем... погрузить его в контролируемую иллюзию потери.

Шисуи. Мне понадобится Шисуи с его обычным Шаринганом (Котоамацуками тут не нужно, хватит базовой иллюзии).

Я сделал пометку в журнале: «Проект: Искусственный Мангекё. Стадия: Подготовка ингредиентов. Требуется помощь подопытного Ворона».

Отвлекшись от химии, я вспомнил о политике.

Сегодня вечером у меня был званый ужин. И не где-нибудь, а в резиденции главы клана Учиха. Фугаку пригласил меня, Минато и (что самое удивительное) Хирузена Сарутоби.

Официальный повод — празднование успешного завершения «реорганизации» Полиции Конохи. Неофициальный — демонстрация силы и единства перед лицом Данзо.

Я переоделся в приличное кимоно (темно-синее, без гербов, нейтралитет — наше всё) и отправился в Квартал Учиха.

Вечер был прохладным. Патрули Полиции на улицах выглядели спокойными. Яширо, которого мы так изящно обработали, теперь рьяно следил за порядком, уверенный, что защищает клан от происков Корня.

В поместье Фугаку было людно.

Минато стоял у окна, беседуя с Третьим. Хирузен курил трубку, выглядя старым и усталым, но его глаза всё еще цепко сканировали пространство.

Фугаку, как хозяин, наливал чай. Микото суетилась с закусками, а Итачи (в парадном кимоно) тихо сидел в углу, как идеальный фарфоровый мальчик. Саске крутился под ногами, пытаясь отобрать у Итачи деревянный кунай.

— А вот и наш капитан, — Минато тепло улыбнулся, когда я вошел. — Сэйсуй-кун.

— Хокаге-сама. Третий-сама. Фугаку-сама, — я вежливо поклонился всем присутствующим.

Хирузен выпустил клуб дыма.

— Сэйсуй. Я слышал о твоих успехах в АНБУ. Отряд «Ро» работает безупречно. Ты навел там порядок после... ухода Какаши.

— Какаши-сан был отличным командиром, — дипломатично ответил я. — Но ему нужен был отдых. А я просто умею заставлять людей спать по восемь часов и правильно питаться. Медицинская тирания.

Микото тихо рассмеялась, ставя передо мной чашку чая.

Ужин проходил в атмосфере напряженной вежливости. Мы обсуждали погоду, цены на кунаи, реформу Академии.

Но все ждали, когда Фугаку перейдет к делу.

Когда чай был выпит, глава Учиха поставил чашку на стол.

— Хокаге-сама, Хирузен-сама. Я пригласил вас, чтобы официально заявить: клан Учиха полностью поддерживает нынешний курс Конохи. Слухи о нашем недовольстве, которые кто-то активно распространяет в Совете... это просто слухи.

Хирузен прищурился.

— Рад это слышать, Фугаку. Данзо... выражал обеспокоенность по поводу замкнутости клана.