Но знания Системы о клонировании и мой [Симбиоз Древа] давали мне другую идею.

— Если Зецу могут делать био-клонов с додзюцу... почему я не могу сделать из этого куска биологический артефакт? Внешний фокус для Мокутона?

Я взял пустую колбу, наполнил её стабилизирующим раствором из яда змеи и собственной крови, и аккуратно поместил туда плоть Первого Хокаге.

[Проект: «Ветвь Праотца».]

[Статус: Запущен процесс подавления агрессии клеток.]

На это уйдут недели. Но когда я закончу, у меня будет инструмент, способный пробить любую защиту.

***

Следующие дни я провел, балансируя между обязанностями капитана АНБУ и ролью доброго соседа.

Вечером я зашел на тренировочный полигон, где обычно зависала молодежь.

Мне нужно было проверить свой главный проект по изменению канона. Того, кто должен был стать Тоби, но вместо этого стал героем деревни.

Учиха Обито.

Он висел вниз головой на ветке дерева, пытаясь выполнить серию упражнений на концентрацию. Нога, которую я собирал по кусочкам, работала отлично.

Под деревом сидела Рин, делая пометки в медицинском свитке. Какаши читал свою любимую книжку в оранжевой обложке, прислонившись к стволу.

Классическая идиллия Команды Минато.

— Опять халтуришь, Обито? — я вышел из тени, сняв маску.

Обито вздрогнул, потерял контроль над чакрой и с воплем рухнул вниз. Рин ахнула, но Какаши даже не оторвал глаз от книги, просто выставил ногу, чтобы Обито упал на неё, а не сломал шею.

— Сэйсуй! — Обито вскочил, потирая ушибленный зад. — Я не халтурил! Я тренировал контроль Инь-чакры для Шарингана!

— И как успехи? Пока я вижу только контроль над гравитацией, и та побеждает.

Я подошел ближе.

Обито сильно изменился за этот год. Он вытянулся, возмужал. В его глазах (обоих!) больше не было той детской наивности. Два томоэ в каждом Шарингане свидетельствовали о том, что он прошел через ад и выжил.

— Какаши говорит, что я слишком тороплюсь, — насупился Обито. — Но мне нужно стать сильнее. Хокаге-сама сказал, что обстановка на границах накаляется.

Я посмотрел на Какаши.

— Пёс прав. Ты форсируешь. Шаринган — это не мышца, которую можно накачать. Это глаз, который питается эмоциями и пониманием.

Я достал из подсумка деревянный кунай. Обычный тренировочный.

— Хочешь стать сильнее, Обито? Давай сыграем в игру.

Я кинул ему кунай.

— Попробуй ударить меня. Активируй Шаринган.

Обито глаза загорелись азартом.

— Серьезно? Капитан АНБУ против чунина? Ты сам напросился!

Его глаза покраснели. Томоэ закрутились.

Он рванул ко мне. Быстро. Очень быстро для его уровня.

Он замахнулся деревянным кунаем. Его глаза читали мои движения, предсказывая уклонение вправо.

Но я не стал уклоняться.

Я просто стоял.

Кунай остановился в миллиметре от моей шеи. Обито замер, тяжело дыша.

— Почему ты не защищался?! Я мог пробить тебе горло!

— Потому что я знал, что ты этого не сделаешь, — спокойно ответил я. — Твой Шаринган показал тебе, куда я двинусь. Но он не показал тебе, что я думаю.

Я мягко забрал у него кунай.

— Шаринган видит чакру и кинетику. Но бой выигрывается в голове. Враги, с которыми мы скоро столкнемся, знают о ваших глазах. Они будут создавать иллюзию атаки, чтобы заставить тебя реагировать на ложный выпад.

Я повернулся к Какаши.

— Минато-сан сказал, что Акацуки активизировались.

Какаши захлопнул книгу.

— Слухи о людях в черных плащах с красными облаками. Они собирают нукенинов.

— Да. И у них есть технологии, о которых мы даже не подозреваем, — я посмотрел на Обито. — Ты — Учиха с чистым сердцем, Обито. Это редкость. Но чистое сердце легко проткнуть. Хватит тренировать только глаза. Начинай тренировать паранойю.

Обито нахмурился, но кивнул.

— Как этому научиться?

— Для начала — никогда не доверяй тому, что видишь, — я улыбнулся. — И помни: если враг кажется тебе слабее, значит, он заманивает тебя в ловушку.

Я оставил их переваривать этот урок и направился к выходу с полигона.

Обито — мой запасной план. Если Мадара или «Тоби» (кто бы ни носил эту маску сейчас) решат использовать пространственные техники, мне нужен будет кто-то с Шаринганом, способный им противостоять. Я должен убедиться, что Обито прокачает свои глаза до Мангекё.

Но как это сделать, не убивая Рин и не ломая ему психику?

Это задачка для хорошего психолога. Или для очень плохого врача.

[Скрытый квест: "Пробуждение Героя".]

[Цель: Помочь Учиха Обито достичь Мангекё Шарингана без эмоциональной травмы потери близких.]

[Награда: [Золотая Сфера], Модификатор Додзюцу.]

Я хмыкнул, глядя на всплывшее системное окно.

— Достичь Мангекё без травмы? Система, ты шутишь? Это противоречит самой физиологии Учиха. Мангекё — это реакция на боль потери.

Но... если я — гений генетики и токсикологии...