Я подошел к Хьюге.

— Что ты собираешься делать? — спросил Ао, наблюдая за мной своим Бьякуганом (который он скрывал под повязкой, но сейчас явно активировал).

— Выключить его, — я сложил печати. — Полностью.

Я надкусил палец (левый, живой) и провел кровавую линию по лбу Токумы, прямо поверх разбитой печати «Птицы в клетке».

— Фуиндзюцу: Био-Стазис!

Мои руки засветились золотым светом (чакра Узумаки). Свет впитался в тело Хьюги.

Его дыхание замедлилось до одного вдоха в минуту. Сердцебиение стало едва слышным. Чакра замерла в каналах, превратившись в стоячее болото.

Угроза Кокугана исчезла. Теперь это был просто мешок с костями.

— Удобно, — оценил Какаши. — Научишь?

— Нужно родиться рыжим и злым, — буркнул я, падая обратно на дно лодки. — Или быть жертвой генетических экспериментов, как я... (эту часть я не сказал вслух).

Через час Мэй высадила нас на скалистом островке на границе нейтральных вод.

— Аконит, — окликнула она меня на прощание. — Если я когда-нибудь узнаю твое настоящее имя... я пришлю тебе счет за ремонт лодки. И, возможно, приглашение на чай.

— Буду ждать с нетерпением, Мизукаге-сама (будущая), — я отсалютовал ей двумя пальцами.

Они ушли в туман.

Мы остались одни на голой скале посреди океана.

Трое измотанных шиноби Конохи и один замороженный Хьюга.

— Ну что, — я посмотрел на своих спутников. — У нас есть два варианта. Ждать попутку или снова лезть в слизня.

Шисуи застонал.

— Только не слизень. У меня до сих пор привкус тины во рту.

— Тогда молись, чтобы наш контрабандист не сбежал с моими деньгами.

К счастью, капитан «Морского Змея» оказался жадным, но честным (или просто боялся, что мы его найдем). Его шхуна маячила на горизонте.

Обратный путь был тихим.

Я сидел в каюте, обрабатывая раны Шисуи.

— Ты понимаешь, что ты сделал? — спросил я тихо, накладывая мазь на его глазницу.

— Я предотвратил войну, — ответил он просто. — Ягура был бомбой. Я обезвредил её.

— Ты потратил Котоамацуками. У тебя остался только правый глаз. А в Конохе... ситуация накаляется. Если Фугаку решит действовать, чем ты его остановишь?

Шисуи улыбнулся своей грустной улыбкой.

— Словом, Сэйсуй. Я буду останавливать их словом. И надеждой. К тому же... у нас есть ты. Ты ведь что-нибудь придумаешь, верно? Ты всегда что-нибудь придумываешь.

Я посмотрел на свою правую руку.

— Придумаю. Если сам не превращусь в дубовую рощу раньше времени.

Мы вернулись в Коноху глубокой ночью, спустя три дня.

Минато встретил нас лично в секретном бункере АНБУ.

Увидев Хьюгу в стазисе, он выдохнул.

— Вы сделали это.

— Еле-еле, — я передал ему тело. — Минато-сан, этот парень... это не просто Хьюга. Это оружие. Его глаза подавляют чакру. Это анти-маг в мире магов.

— Я передам его в исследовательский отдел. Под личный контроль. Данзо к нему не прикоснется.

— И еще... — я кивнул на Шисуи, которого поддерживал Какаши. — У нас потери. Тактические. Шисуи... потратил свой ресурс.

Минато посмотрел на Учиху. Он все понял без слов.

— Спасибо, Шисуи-кун. Деревня в долгу перед тобой.

Я вышел из бункера на свежий воздух.

Коноха спала.

Я снял маску Аконита и глубоко вдохнул.

[Арка завершена: Око Луны меняет цвет.]

[Статус: Успех.]

[Получено опыта: Много (Система ленится считать).]

[Внимание: Интеграция Семени Древа достигла 8%. Ваши корни стали глубже. Теперь вы можете чувствовать воду под землей.]

— Чувствовать воду... — я усмехнулся. — Я становлюсь идеальным дачником.

Я побрел домой.

Мне нужно было выспаться. А потом... потом мне нужно было разобраться с тем, что я натворил.

Я показал Мокутон в Кири. Слухи дойдут.

Я использовал «Глаза смерти» при Какаши. Он будет задавать вопросы.

И я принес в деревню оружие Мадары.

Покой нам только снится. И сны эти, как правило, о том, как меня едят термиты.

Продолжение (доп. главы наперед на бусти): напишите в браузере: boosty Hirasawa - это мой профиль!] или boosty to/hirasawa (точку поставьте)

Глава 52: Хроники мутанта и чай с привкусом паранойи

Следующие две недели прошли в режиме радиомолчания.

Я сидел в своей лаборатории (восстановленной после визита Орочимару за счет бюджета АНБУ, спасибо Минато), и занимался тем, что умел лучше всего — смешивал несмешиваемое.

Передо мной на столе лежал образец крови Хьюги Токумы.

Черная чакра в его клетках была похожа на вирус. Она переписывала структуру ДНК, заставляя тенкецу работать на всасывание, а не на выброс энергии.

«Гениально и отвратительно», — записал я в журнал. — «Мадара скрестил принцип Бьякугана с чакрой Статуи Гедо. Получился биологический глушитель. Если я смогу изолировать этот ген... я смогу создать печать, блокирующую чакру врага при касании».