«Тот, что у раненого, явно опытнее, — быстро прикинул я расклады. — Но какая к черту разница, сколько у тебя опыта, если ты собираешься парировать Убийцу Драконов полуторником?! Законы физики для всех едины».

Широко, безумно улыбнувшись под маской, я чуть присел, пружиня ногами для нового рывка. Мечник напротив принял жесткую защитную стойку. Краем глаза я заметил, что к его правой кисти была примотана серебряная цепочка с массивным крестом.

«Ну, вот сейчас и узнаем, поможет ли твой Бог своему верному слуге против законов кинетики».

Узнать, увы, не удалось.

На полушаге, прямо в момент старта, по площади разнеслось громкое, противное шипение. За ним последовал пронзительный писк парковых громкоговорителей, заставивший меня инстинктивно дернуть плечом. Раздался треск статики, а затем голос, который я вообще не рассчитывал здесь услышать.

— Это не мой план! — истерично, с нотками обиды взвизгнул Джокер.

Охотники использовали эти пару секунд замешательства для грамотной перегруппировки: мужик с флаконами быстро отступил на пару метров назад, уходя с линии на которой стоял мечник с опытом.

— Какие-то ряженые придурки из Ордена! — продолжал вещать клоун из динамиков. — Бэтмен, как обычно лезет куда не просят и портит моё шоу!

— Да успокойся, Брюси, — отстраненно, не сводя взгляда с мечника, громко произнёс я. — Я и так знаю, что твой план был бы куда более ущербным, шаблонным и плоским, нежели найм реальных профи. У тебя тупо не хватило бы бюджета. А насчёт Бэтмена… Уж какой есть. Всяко лучше того времени, когда эту роль исполнял ты.

Глаза мечника удивленно расширились. Он явно не ожидал, что я выдам что-то подобное, можно сказать, на всеобщее обозрение.

Джокер ответить не успел. Да ему и не нужно было, я использовал это микроскопическое мгновение чужого замешательства с максимальной пользой.

Рывок. Асфальт крошится под ботинком, а я буквально протаранил охотника всем своим весом, обрушивая двуручник сверху вниз. Мужик в последний момент успел вскинуть свой сияющий меч для блока.

В противостоянии сверхтяжелой стальной дуры, выкованной для рубки демонов, и изящного, освященного полуторника, физика предсказуемо взяла верх.

Победила сверхтяжелая дура.

Раздался оглушительный звон. Очередной магический барьер — в этот раз визуально куда более плотный, вспыхнувший золотом и идущий от примотанного к руке креста — не спас охотника от полного пробития. Барьер осыпался искрами, исчезая, но свою главную задачу все же выполнил: он сожрал львиную долю инерции моего удара. Охотника не разорвало, но швырнуло назад изломанной куклой. В этот раз он пролетел всего метров пять, тяжело рухнув на спину.

В ту же секунду слева полыхнуло. Уцелевший маг-вампир выплюнул в меня ревущую волну белого пламени.

Я не стал проверять свое тело на огнеупорность (зная ответ). Шаг в собственную тень — холод подпространства — и я вываливаюсь за спинами здоровой тройки.

Они среагировали мгновенно, разворачиваясь. Габаритный мужик с размаху метнул в меня флакон.

Я даже не тормозил. Прямо в полете, выхватив левой рукой из инвентаря Убийцу рыцарей, я метнул кинжал навстречу. Короткое стальное лезвие с ювелирной точностью разбило стекло в воздухе. Светло-янтарная жидкость разлетелась веером золотых брызг. Одна из крупных капель всё же мазнула мне по левой кисти.

Я снова нырнул в тень, уходя от облака непонятной, но явно опасной жижи, и материализовался на другом конце поля боя, тяжело дыша.

«Жжёт… Твою мать, как же жжёт, но не смертельно», — быстро резюмировал я, глядя на перчатку.

Эффект, скорее всего, от концентрированной воды из Ямы Лазаря, дополнительно накачанной Святой Магией. Капля прожгла тактический кевлар мгновенно, въедаясь прямо в мертвую плоть. Воняло паленой кожей, но главное, я все же получил ответ: если попаду под брызги, не рассыплюсь прахом на месте. Жить можно.

Снова тень. Снова рывок.

В этот раз я нацелился на флаконщика, решив вырезать артиллерию. И мужик это понял. Вместо того чтобы кидать очередную банку, он резким движением выхватил из-за спины небольшой круглый щит, покрытый сложной вязью рун.

«Какого хуя?!» — только и успел мысленно завопить я.

Щит вспыхнул ослепительной, концентрированной сверхновой. Луч чистой, первородной святости ударил мне прямо в лицо, мгновенно выжигая сетчатку неживых глаз.

Мир исчез в белом огне. Лицо обдало жаром такой силы, что даже плотная ткань маски начала плавиться.

Но хуже всего было то, что произошло внутри. Тело Высшей Нежити, всегда легкое, переполненное энергией и не знающее усталости, вдруг стало ощущаться невыносимо тяжелым. Немощным. Слабым. Меня будто насильно запихнули обратно в хрупкую, жалкую человеческую оболочку. Мышцы взвыли от перегрузки. Пальцы разжались, и я на долю секунды испугался, что не удержу рукоять «Убийцы Драконов».

Свет уничтожил всё. В радиусе тридцати метров не осталось ни одной тени. Пути к отступлению были отрезаны. Я оказался в ловушке из белого пламени, слепой и уязвимый.