Я даже не стал сбивать шаг. Просто лениво качнул корпусом влево, затем пригнулся. Сети со свистом пролетели мимо, спутавшись и бессильно шлепнувшись на пол позади меня. Всё же это не пули. Скорость полета у этой дряни соответствующе низкая, а моя скорость восприятия, разогнанная Дыханием, Сывороткой и физиологией нежити, делала их движение почти комичным.

Но не успел я сделать и пары шагов к этой троице, как из-за их спин, занимая позиции в шахматном порядке, вынырнули еще двое оперативников. У этих в руках были баллоны и толстые раструбы, до боли похожие на огнеметы.

«Эй, какого хрена?! — мысленно возмутился я, когда сообразил, что это за дрянь. — Мы же в DC, а не Черве!»

Пшшшшшш!

Мои возмущения, разумеется, остались при мне. Двойная струя густой, мгновенно расширяющейся в воздухе и твердеющей белой пены ударила в коридор, перекрывая мне путь.

«Серьёзно, блин. Я понимаю, что заповедь «НЕ УБИЙ ПСИХА!» в этой Вселенной возведена в абсолют, но лучше бы вы использовали нормальный огнестрел. С пулями проще!»

Липкая пена — это проблема. Завязнуть в ней — значит потерять мобильность, а мне нужно спешить. Я экстренно задействовал еще одну порцию сохраненного кинетического заряда. Мышцы ног пружинисто сжались. Я буквально выстрелил собой вверх и вперед, ныряя щучкой под самый потолок коридора. Снизу, едва не задев подошвы кроссовок, пронеслась бурлящая белая масса сковывающей пены.

Время в полете замедлилось. Охранники внизу уже начали спешно задирать тяжелые раструбы пенометов вверх, пытаясь поймать меня в воздухе.

Самое время для магии. Я сконцентрировал взгляд на длинных, искаженных красными мигалками тенях, которые отбрасывали фигуры оперативников на пол. Короткий ментальный импульс «Теневой Метки». Это ощущалось так, словно я схватил невидимый, плотный ковер, на котором они все стояли, и с силой дернул его на себя.

Тени рванулись вперед. А вместе с ними, подчиняясь законам системной физики, вперед полетели и их владельцы.

Охранники с воплями потеряли равновесие. Пенометы дернулись в стороны, заливая стены и потолок белой дрянью. В следующую секунду вся пятерка с грохотом брони и матами рухнула в нелепую кучу-малу, путаясь в собственных конечностях и ремнях оружия.

— Упали. Отжались, — сухо хмыкнул я, бесшумно приземляясь прямо перед этой копошащейся массой. Я всё еще ментально удерживал их прибитыми к полу их же собственными тенями, дергались они знатно, но встать не могли. — А теперь будьте так добры подсказать, в какой камере сейчас отдыхает Джокер. Ответите быстро и честно, и, возможно, я даже не буду ломать вам позвоночники.

Для пущей серьезности я локально активировал «Ауру Ужаса». Выкрутил тумблер примерно на пятьдесят процентов мощности, направив поток концентрированной, могильной жути прямо на них.

Температура в коридоре, казалось, рухнула ниже нуля. Охранники замерли, их глаза расширились так, что были видны белки даже сквозь визоры шлемов.

«М-да… Пятьдесят процентов — это я, пожалуй, загнул», — брезгливо скривился я, когда мой усиленный нюх безошибочно уловил резкий запах свежей мочи. У кого-то сдали нервы и мочевой пузырь.

Убивать никого из них я действительно не планировал. Мантра «Я хоть и больной ублюдок, но ублюдок с принципами!» — это тот хрупкий каркас, который всё еще позволяет мне сохранять азарт и остатки человечности в каждом новом забеге.

— Ид-ди… в-в… ж-ж-жопу, тварь! — заикаясь, выплюнул один из охранников, лежащий на самом верху кучи. Он смотрел на меня снизу вверх с такой дикой, животной смесью первобытного ужаса и отчаянной злобы, будто я только что на его глазах вырезал всю его семью.

— Надо же. Вам настолько хорошо доплачивают за храбрость в этом дурдоме, или это врожденный идиотизм? — я искренне удивился, приподнимая бровь.

Я вытянул правую руку в сторону, раскрывая ладонь. Короткое обращение к инвентарю, пространство дрогнуло.

С низким, гудящим звуком в моей руке материализовался «Убийца Драконов». Огромный, грубый, иссиня-черный кусок астральной стали, размером превосходящий взрослого человека. Одновременно с этим я вновь импульсно ударил Аурой Ужаса, снизив мощность до тридцати процентов, чтобы не свести их с ума окончательно, но закрепить эффект, после чего я небрежно опустил меч. Массивное тупое лезвие с оглушительным скрежетом пробило стальной настил коридора ровно в сантиметре от носа того самого героя. Бетон под металлом жалобно хрустнул.

Кажется, до придурков наконец дошло. А кроме как придурками я их назвать никак не мог. Серьезно, вы работаете в Аркхэме. Перед вами стоит абсолютно бледный, как труп, высоченный мужик без ушей, чья кожа покрыта пульсирующими зелеными венами от передоза стероидами Бэйна. Он двигается как смазанная пуля, прибивает людей к полу их же тенями, фонит могильным холодом, от которого седеют волосы, и достает из воздуха мечи размером с фонарный столб.

Жизнь у вас одна, парни. И, к счастью для всех нас, до того самого говорливого героя это осознание дошло.