— Этот ублюдок! Томас! Даже после всего этого, после того, что Брюс сделал с Тимом и Барбарой, он оставил его в живых! Запер его в Аркхэме и сдувает с него пылинки, потому что это «его сын»!

«И правильно сделал, старина Томас! Иначе где бы я еще получил такую восхитительную, концентрированную драму!» — внутренне ликовал я.

Это был просто шедевр сценарного безумия. Только подумать: несокрушимое бэт-семейство, наводящее ужас на преступный мир, было уничтожено не какими-то внешними врагами или инопланетным вторжением. Оно было выпотрошено самим же бывшим Бэтменом, переквалифицировавшимся в клоуна!

Интересно, если я убью Томаса Уэйна, то следующим в очереди на маску летучей мыши и сломанную психику встанет сбежавший Дэмиан? Или кто-то из дуэта «Дик и Джейсон» попытается натянуть на себя ушастый капюшон? Вариативность сюжета в этой вселенной просто поражала воображение. И каждый новый виток спирали гарантировал мне щедрые награды.

«Фу, плохой Чарльз, плохой! Рано думать об убийстве Томаса, он пока еще может доставить кучу неприятностей!»

Хлесткий звук пощечины эхом разнесся по пустой крыше. Я наотмашь шлепнул себя по бледной щеке, прервав собственный внутренний монолог, навязанный системой «Синдром Восьмиклассника» в комбинации со специфическим чувством юмора периодически давали о себе знать.

Джейсон, который как раз собирался выдать очередную гневную тираду в адрес своего бывшего наставника, осекся и уставился на меня как на умалишенного.

— Извини, отвлекся. Подумал об убийстве Томаса, — абсолютно будничным тоном пояснил я, опуская руку.

Парень замер. Его карие глаза недобро сузились, а челюсть напряглась, но вместо ожидаемой защиты «летучей мыши», он сквозь зубы прошипел:

— Я… даже, блять, не буду против!

Столько желчи и застарелой обиды было в этом коротком ответе, что мне на секунду даже стало жаль парня. Бэт-семья в этом мире — это какой-то клуб сломанных игрушек.

— Ладно, раз с симпатиями к старшему поколению мы разобрались, тогда последний вопрос, — я сделал задумчивое лицо, вспоминая недавно активированную черту «Счастливого Романтика». — Барбара красивая?

— … — Джейсон на секунду завис. Его мозг, настроенный на мрачный пафос, месть и тактическое планирование, просто отказался обрабатывать этот резкий переход.

— Ладно, расслабься, шучу, — я коротко усмехнулся.

И шагнул.

Пятиметровое расстояние, разделявшее нас, исчезло. Физика послушно прогнулась под характеристиками высшей нежити. Я не бежал, я просто оказался рядом, смазанной тенью вырвав пространство из уравнения. Джейсон даже не успел дернуться. Рефлексы Красного Колпака, вколоченные тренировками, сработали с опозданием: когда его рука только потянулась к пистолету, моя тяжелая, ледяная ладонь уже по-дружески легла ему на плечо. Парень вздрогнул, как от удара током.

«Разумеется, она красивая, это же Бэтгёрл», — сам собой всплыл в голове каноничный образ зеленоглазой рыжеволосой красавицы.

Правда, сейчас это желание носило исключительно ментальный, академический характер. Физиологически я всё еще оставался гребанной нежитью с температурой тела, равной температуре асфальта под ногами. Впрочем, трансформацию в Рыцаря Ужаса можно откатить в любой момент через отключение черты. Главное — сделать это после того, как я найду способ хирургически или магически извлечь из желудка кислоту Джокера. В живом, человеческом состоянии я всё же… ну, слишком хрупкий для местных реалий.

— Еще есть что сказать на прощание? — я посмотрел на Джейсона сверху вниз.

— Н-нет, — он нервно сглотнул, косясь на мою пепельно-серую кисть с обрубленными пальцами, покоящуюся на его кожаной куртке. — Точнее… да. Ты же сейчас направишься в Аркхэм?

— Что-то типа того, — я медленно убрал руку, мысленно прикидывая кратчайший маршрут до острова.

— Можно с тобой? — выпалил парень. В его голосе зазвучала отчаянная, почти детская мольба, смешанная с жестокостью. — Я… хочу увидеть это. Своими глазами увидеть, как он сдохнет. Да и вообще, что ты думаешь о сотрудничестве со мной и Диком? У нас есть ресурсы, информация…

— Думаю, что вы слабоваты для меня, Джейсон, — я улыбнулся одними губами, лишая его последних иллюзий. — Ваш уровень — ловить уличных шестерок и играть в кошки-мышки с мафией. А туда, куда иду я, вам соваться нельзя, затопчут.

Не дожидаясь ответа, я развернулся на пятках и сделал спокойный шаг с парапета крыши прямо в черную бездну ночного Готэма.

Свист рассекаемого воздуха ударил по ушам. Тридцать этажей свободного падения.

Ботинки встретились с тротуаром. Удар, который должен был превратить мои кости в кровавую кашу, был полностью поглощен эпической способностью. Кинетическая энергия послушно влилась в тело, наполняя мышцы гудящей, распирающей мощью.

«Тц, и даже асфальт не потрескался. Идеальная амортизация», — я посмотрел себе под ноги, наслаждаясь ощущением переполненной внутренней батареи.