Вот и сейчас выходит так, что у меня нет стопроцентного иммунитета к телепатии и психическим воздействиям. Риннеган и пассивная адаптивность плоти, конечно, частично помогут, но лишь от прямого ментального давления. А если это будет какая-нибудь заковыристая, древняя магия, усиленная божественным концептом подчинения? В мирах DC такое сплошь и рядом. Одного только Супермена сколько раз брали под контроль всякие Максвеллы и Ядовитые Плющи? А ведь в ментальном плане я сейчас куда ближе к восприимчивому Кларку, нежели к уже упомянутой мной непробиваемой Затанне.

Перемещение? Это в принципе тоже фундаментальная уязвимость наравне с запечатыванием. Меня можно банально телепортировать на другой безжизненный конец бескрайней вселенной, и никакой вызванный мех-истребитель с гипердвигателями не поможет мне вернуться обратно до тепловой смерти вселенной.

Про атаки, стирающие саму «концепцию» моего существования, мне даже думать не хотелось. Ибо, как и всегда, черт в них ногу сломит. Но сам факт их существования списывать со счетов было нельзя. И хотя таким арсеналом обычно оперируют сущности Девятого и выше уровней, есть и некоторые продвинутые слабосилки ограниченно способные использовать концепции (ту же смерть или распад) как оружие. Так почему бы это оружие не направить против такого «злого-презлого» меня?

Слабостей было много. Непростительно много. И самое паршивое, что эти уязвимости будут играть против меня с каждым днем моего существования всё агрессивнее. Ибо в фоновом режиме уже работает проклятье Кошмарного уровня. Сама причинность скоро начнет подкидывать врагам способы меня убить.

«Нет. Надо точно сваливать. Нужно становиться самой жирной, концептуально неуязвимой жабой в другом, менее прописанном болоте, чтобы потом с ноги вернуться в это», — эта мысль окончательно укоренилась в моем сознании. План ясен, раздать инструкции и исчезнуть в Великую Миссию.

— …Чтобы обстоятельства вынудили кого-то вроде тебя? Не смеши, Чарльз, — голос Барбары, преисполненный ядовитого скепсиса, вырвал меня из мета-анализа. Она нахмурилась, глядя на меня снизу вверх.

Я даже примерно понимал поток её мыслей. «Пришел, устроил апокалипсис, поматросил и бросил в разрушенном мире, оправдываясь обстоятельствами». Классика. И, в какой-то степени, так оно и было. За тем лишь нюансом, что когда я вернусь из другого мира, из-за накопившегося эффекта проклятья, бросит меня, скорее всего, уже она сама.

Но это дела дней грядущих. Здесь и сейчас мне нужно было разыграть карты и закрыть Великую Миссию, в её исполнении.

— Ситуация не из простых, Барб. Поверь, я бы с удовольствием остался, но тайминги поджимают, — я развел руками, изображая легкое сожаление. — Собственно, поэтому у тебя будет чем заняться в мое отсутствие.

— Я вся во внимании, босс, — буркнула девушка, скептически скрестив руки на груди, прикрывая наготу.

Ее щеки начали стремительно бледнеть. На высоком лбу выступила мелкая испарина. Дыхание участилось. Вирус инопланетной Стрелы Стенда начал свою работу по перестройке ее жизненной энергии. Еще немного, и начнется полноценная лихорадка, балансирующая на грани жизни и смерти. Времени было мало.

— Тебе нужно официально вступить в Лигу Справедливости, — произнес я предельно серьезно, глядя ей прямо в глаза.

Барбара на этой фразе поперхнулась воздухом, после чего громко, надсадно закашлялась, а когда дыхание восстановилось, уставилась на меня так, будто я только что на серьезных щах приказал ей пойти и утопить пакеь с котятами.

— Что за бред ты несешь?! — была её первая, искренняя и ожидаемая реакция. — Где я, и где Лига?!

— Ни Брюсу, ни Томасу подобные приземленные мысли не мешали финансировать Лигу и командовать ею, — спокойно парировал я. — А ты, хочу напомнить, тоже член «бэт-семейства». У тебя есть бренд. И у тебя есть ключи от всех серверов покойного Бэтмена.

— Я не Брюс! И уж тем более не Томас! У меня нет миллиардов и костюма летучей мыши!

— Ага. Зато прямо сейчас ты даже круче их обоих вместе взятых, — я скользнул красноречивым взглядом по зажатому в ее дрожащей руке Талисману Кролика, затем по Амулету Клевера на шее, и, наконец, задержался на крошечной, уже начавшей воспаляться царапине на плече.

Барбара проследила за моим взглядом. Она всё прекрасно поняла. Она не была дурой, но сдаваться без боя явно не собиралась.

— Чарльз, очнись! Лига прекрасно знает, что я сотрудничала с тобой! Виктор знает о моих цифровых преступлениях! Правительство тоже знает! В их глазах я опасная киберпреступница и пособница террориста, который убил кучу людей и уронил метеорит на Готэм! Они меня в Гуантанамо закроют, а не в свою Башню пригласят!

— Нет, — я медленно, отрицательно покачал головой, отметая ее страхи как незначительные. — Для Лиги ты не пособница, Барбара. Ты, моя несчастная, сломленная заложница, у которой не было выбора.

Я выдал ей самую очевидную, и, что самое смешное, наполовину правдивую легенду.