Вернувшись на базу, я застал донельзя умиротворенную и домашнюю картину — весь трудовой коллектив, собирал конструктор, превратив большой стол в гостиной в подставку для диорамы. Даже вечно занятой Дэвид соизволил присоединиться к общему чиллу, помогая Коре крепить кораллы к рифу.

С этого момента потянулись монотонные дни разработки. Или, вернее сказать, доработки и шлифовки «Майнкрафта». Мы внедрили и отбалансировали систему здоровья, голода, брони и крафта. Внедрили саму броню. Тут я решил дать себе еще одну геймдизайнерскую вольность и, вдобавок к классике, добавил уникальную метеоритную броню. По статам она была мощнее алмазной, но чуть послабее незеритовой. Однако у нее была своя фишка: надев полный сет, игрок получал абсолютную устойчивость к отталкиванию. Добываться же метеоритная руда будет, разумеется, из метеоритов, других, не тех что приносят проклятых слизней. Сломать оплавленную породу будет возможно исключительно алмазной киркой, жестко зачарованной на «Эффективность III» и «Шелковое касание». После чего игроку придется долго переплавлять полученные осколки в специальной адской печи, работающей на лаве.

Помимо этого, добавились новые биомы, расширился пул блоков. С ними появились и разные стили для деревень жителей в зависимости от биома. В общем, взвесив все за и против, я решил подождать с дропом первого билда в сеть. Лучше сделать релиз чуть позже, но выкатить игру, когда она обрастет контентом, чтобы игрокам было чем заняться. Да и без лаунчера дропать игру я тоже не хотел. Поэтому все свободное время посвящал вопросу создания площадки, которая в будущем превратится в Стим, точнее в Свомп.

В любом случае, мне нужно было дождаться, пока Коул допилит систему для аналога «Херобрина». Как бы сказал сир Евгенфрих - «Без херобрина ну никак нельзя. Да… Клубники вот нарвал...».

Глава 44

Вжжж… Бамс!

Спортивная стрела пролетела через всю гостиную и с сухим треском впилась тупым наконечником в кусок ДСП, которым Коул прикрывался на манер щита. Хотя, вернее будет сказать не прикрывался, а ловил пущенные мной стрелы, как волк яйца. Все-таки меткая стрельба к моей древне-английской фамилии не прилагалась.

— Хах! Неплохо. — Я с азартом поднял с дивана очередную стрелу и положил ее на тетиву.

Старый английский лук, наверняка служивший когда-то музейным экспонатом, натужно заскрипел в руках. Коул отрыл эту реликвию, когда разбирал завалы в подвале, привел в божеский вид, и теперь предложил немного размяться, чтобы не сливать время перерыва впустую. Так сказать, и ему тренировка и нам развлечение. Я конечно. Ради приличия посомневался пару секунд, но желание застрелить сотрудника взяло верх. Не упускать же шанс, раз он сам упал тебе в руки.

— Давай без щита. С фанеркой любой еблан отобьет. — Насмешливо крякнул Дэвид. Он поудобнее устроился на диване, с ногами забравшись на мягкую обивку, и с интересом наблюдал за нашим импровизированным тиром.

— Хах, на слабо меня взять хочешь, юристишка? — Нервно усмехнулся Коул. Откинул покоцанную ДСП-шку в сторону. — Ну давай, англосакс херов! Покажу, как надо.

Я усмехнулся и с пыхтением натянул тетиву до самой скулы. Мышцы, еще не успевшие отойти от утренней тренировки, недовольно заныли, протестуя против такой резкой нагрузки.

Щелк.

Тетива со звоном выпрямилась, отправляя снаряд в сторону парня. Тот едва уловимо дернулся, сместился на полметра влево и сомкнул пальцы на летящей пластиковой трубке. Стрела замерла буквально в сантиметре от прислоненного к стене страховочного листа фанеры. Все-таки я не конченый идиот, чтобы стрелять из лука прямо по обоям — они-то, в отличие от парня, не заживут. Хотя, учитывая его нынешнюю скорость реакции, бояться за ремонт не следовало вовсе. Из десяти стрел, выпущенных в его сторону, он играючи принял на щит все десять, теперь же держал в левой клешне одиннадцатую.

— Йес! Легчайшая! — Довольно хмыкнул парень, подкидывая и возвращая мне снаряд.

— Средняя скорость полета такой стрелы, примерно сорок метров в секунду. — Задумчиво выдал Дэвид, закинув руки за голову и глядя в потолок. — Расстояние от Нейта до тебя, около десяти метров… Ну, одиннадцать, плюс-минус. Делим дистанцию на скорость… Получается, время подлета — где-то двести семьдесят миллисекунд. Вычитаем сорок на физиологические издержки обработки зрительной информации мозгом, и получаем чистую скорость реакции в районе двухсот тридцати миллисекунд… Нехуево так.

— Это много или мало? — Слегка завис Коул, крутя в пальцах оперение. — Ну, понятно, что быстрее, чем у обычных людей, но в цифрах я не шарю.

— У профессиональных пилотов Формулы реакция колеблется от двухсот до двухсот пятидесяти миллисекунд. — Усмехнулся я, снова накладывая стрелу. Сделал несколько широких шагов навстречу, сокращая дистанцию ровно вдвое. — Это охренеть как быстро, Коул. По сути, ты сейчас круче Шумахера…

Щелк.

Очередная стрела без предупреждения сорвалась с тетивы, метя прямо в грудь парню. Коул глухо ухнул, инстинктивно схлопнув ладони перед собой в молящем жесте. Пластиковый снаряд намертво застрял между его ладонями в полуметре от грудной клетки.