Он раздался прямо над моим правым ухом, заставив меня дернуться всем телом.

— Теперь тебя по этой фотке сможет отыскать даже самый последний дегенерат Нью-Йорка.

— Стучать не учили? — нервно хохотнул я, изо всех сил стараясь унять подскочивший до горла пульс. Я ведь сидел в тишине и *ждал* ее появления, но все равно не уловил ни малейшего шороха, ни дуновения ветра, ни скрипа оконной рамы.

Крутанувшись на кресле, я с интересом уставился на ночную визитершу. Это действительно была Синди. Густые черные волосы, красная бандана, скрывающая нижнюю половину лица. Вот только привычный по комиксам облегающий черно-белый спандекс отсутствовал. Вместо супергеройского костюма на Мун были надеты мешковатые, не стесняющие движений спортивные штаны, а сверху накинута потертая джинсовая ветровка. Весь этот ансамбль придавал ей вид эдакой уличной анархистки-поджигательницы, но никак не спасительницы Нью-Йорка. Скорее всего, это была обычная маскировка, чтобы не выделяться, если придется идти ножками вместе с простыми смертными.

И как же ловко она должна управлять своим телом, если даже в такой шуршащей, повседневной одежде умудряется передвигаться без единого звука?

— Ну? Так и будешь стоять столбом? Или все же присядешь? — Я приглашающе указал на свободный стул рядом со своим столом. И добавил уже более сварливым тоном. — И кроссовки сними, будь добра. Не надо мне тут ковролин топтать.

Покачавшись пару секунд с пятки на носок, словно оценивая уровень моей наглости, Паучиха коротко кивнула. В мгновение ока оказалась на стуле, поджав под себя ноги. Еще через неуловимый миг в сторону окна полетели ее старенькие кеды. Причем приземлились они на подоконник идеально ровно — носок к носку. Дешевые понты? Или просто привычка?

— Я Синди. — Сухо отчеканила она из-под банданы. В голосе слышался едва уловимый, корейский акцент. Я научился его различать, когда мы с Авророй ходили в корейский ресторанчик, в паре кварталов от нашей студии. — Пока тебе этого будет достаточно. — Добавила она спустя несколько секунд.

Я задумчиво наклонил голову, анализируя собеседницу. Судя по тембру голоса, ей было около двадцати лет, плюс-минус год. Тон все еще сохранял юношескую звонкость, но в нем уже проскальзывали жесткие, уверенные нотки взрослой, повидавшей дерьмо дамы. Мозг тут же провел расчеты — если придерживаться классического канона, она должна быть одногодкой с Питером Паркером и Гарри Осборном. А им в этой реальности как раз перевалило за двадцать. Значит, в этой вселенной Синди Мун выбралась из бункера Иезекииля лет на девять раньше положенного. Крайне занимательная переменная.

— Так ты не боишься, что после таких публикаций тебя теперь обнаружат все кому не лень? — повторила она свой вопрос, явно пытаясь перехватить инициативу в разговоре.

— Отнюдь. В отличие от тебя, я предпочитаю прятаться на свету. — Я расслабленно пожал плечами. — Настоящие воротилы преступного мира и без этой пиар-подсказки нашли бы мой дом. Ты же вот нашла. Хотя нет… плохое сравнение, ты же не преступница. Но суть ты уловила.

Аккуратный кивок. Я хмыкнул и продолжил.

— А что касается обычных людей — пусть узнают это место. Со временем они начнут воспринимать этот дом как священную штаб-квартиру Вэнс Корпа. Будут спать и видеть, как бы оказаться здесь, чтобы приобщиться к бренду и принести мне пользу. Смекаешь к чему я?

— Пахнет сектой. — Брезгливо наморщила лоб Синди. — А что, если какой-нибудь отбитый фанат или торчок захочет тебя тупо ограбить?

— Пусть грабит, мы же в свободной Америке! — Я с усмешкой развел руками. — Законы штата никто не отменял. Если в мой дом кто-то ломится без приглашения, я имею полное, закрепленное Конституцией право расставить ноги пошире и палить в недруга из всех стволов, что у меня найдутся.

Я подался вперед, опираясь локтями о столешницу, и по-деловому скрестил пальцы.

— Но хватит лирики и заботы о моей безопасности. Зачем ты хотела меня видеть?

Я выжидающе уставился на девушку. Она сама назначила эту встречу. Сама явилась на мою территорию. Так пусть первая изложит свои претензии или предложения, раскроет карты, а потом уже я сделаю свой ход.

Не зря же я вообще затеял всю эту публичную чехарду с Волл Кравлером и косплеем Норы. Синди, наверняка, даже не подозревала, что попалась на банальную, как три цента, медийную провокацию. Для нее все выглядело так, будто я, гонясь за хайпом, случайно решил монетизировать ее городскую легенду. И пока я буду придерживаться этой легенды, ни к чему светить свою осведомленность, пусть она и ломается об колена каждый раз, когда я сталкиваюсь с «каноничными» персонажами из комиксов.

Глава 31