— Бенджамин, — Сикрас жестом пригласил его подойти. — Идеальный момент. Ты сделал ход?

— Мне хватило двух секунд, — ответил Бенджамин. — Тебе стоит у меня поучиться эффективности.

Сикрас отвесил шутливый поклон, а затем покосился на ошеломленного незнакомца, распростертого на ступенях.

— Это правда. Бенджамин — чемпион по «Разгрому и руинам». Играете?

— Ходячий скелет?! — мужчина перехватил дыхание, в голосе послышался хрип. Он спихнул с себя труп и пополз назад.

— Ходячий. Говорящий. — Сикрас поднял палец. — Только не просите его танцевать. Он-то станцует, но зрелище получится так себе. Зато он чертовски хороший музыкант. Уверяю вас, вы еще не встречали никого, кто управлялся бы с лютней так, как этот малый.

Бенджамин упер руку в бок, и по комнате разнесся сухой стук костей.

— Вообще-то, я умею танцевать. Ну, в некотором роде. Не всем же нам, знаешь ли, репетировать хореографию с прислужниками-нежитью, как некоторым.

— О, да. Нежить. — При хлопке в ладоши с рукавов Сикраса вспорхнуло облако пыли. — Раз уж мы заговорили об этом, подбирай свою покойницу и тащи её внутрь. Кто это у нас? Жена? Любовница? Сестра? Коррумпированная домовладелица, которую ты хочешь воскресить ради чистого удовольствия понаблюдать, как она умирает дважды?

— Ж-жена, сэр. — В глазах мужчины отразилось сомнение, когда он наклонился, чтобы подхватить тело. — Мне что, верить, что вы и есть тот самый некромант, которого я ищу?

— Судя по вашему тону, полагаю, в это трудно поверить?

— При всем уважении, сэр, вы не совсем… То есть, вы не выглядите как некромант-вундеркинд, о котором поют барды нашего королевства.

— Во-первых, барды Ниллмаса оставляют желать лучшего. Во-вторых, я ведь не так уж сильно запустил себя, верно? — Сикрас склонил голову набок и посмотрелся в огромное зеркало, висевшее криво на стене рядом, но толстый слой пыли лишил его главной функции. Он запустил пальцы в спутанную копну своих слегка вьющихся волос, словно это могло сделать его хоть немного презентабельнее.

Бенджамин задумчиво постучал себя по подбородку.

— Готов поспорить, дело в темных кругах под твоими глазами. Или в безжизненном оттенке кожи. Может, в неестественно седых волосах? Постой, нет, в атрофированных мышцах. О, или в осунувшемся лице. — Он повернулся к клиенту. — Дело в его лице, да?

— Во всем этом, да. — Мужчина кивнул, его кадык судорожно дернулся при попытке сглотнуть. — И вы выглядите таким… обычным. На портретах местных художников вы гораздо выше.

Сикрас усмехнулся.

— У меня есть пара сапог, которые добавляют мне до пяти футов одиннадцати дюймов. Мне надеть их до того, как я воскрешу вашу жену, или после?

— Н-никаких сапог не нужно, сэр.

Бенджамин легонько подтолкнул Сикраса локтем.

— Уверен, он не хотел вас обидеть. Сказочные герои должны быть божественными, сияющими созданиями. Знаешь, я тебя обожаю, но в нынешнем виде ты немного похож на труп, который кто-то слишком долго продержал на солнце.

— Твоему поэтическому дару нет предела, Бенджамин. Вот почему ты — музыкант, а я — всего лишь танцор. — Без тени обиды Сикрас окинул взглядом своего покровителя и отвесил саркастичный поклон. — Вопреки внешнему виду, да, я именно тот великий некромант, которого вы ищете, и я предоставлю вам услуги высочайшего качества. А теперь, скиньте этот мусор с обеденного стола и взгромоздите туда свою благоверную, идет?

Мужчина замешкался, разинув рот, не в силах принять решение. Издав обреченный кряхтящий звук, он переступил порог, проследовал за Сикрасом и Бенджамином в столовую и взвалил труп жены поверх куч рассыпанных пергаментов и пустых тарелок.

— Вы были правы насчет того, что сказали раньше, — пробормотал он, отходя в сторону, как только закончил её укладывать. — Это была стая корончатых гремлинов, что убила её, пока она собирала травы.

Сикрас резко развернулся на каблуках, впившись в мужчину пристальным взглядом.

— Мерзкая смерть. Я удивлен, что вас не распотрошили вместе с ней.

— Я смог убежать и спрятаться, сэр. Адалин меня хранила.

— Почитатель Адалин, значит? — Сикраса передернуло, плечи его дрогнули. — Должно быть, она пропустила молитвы вашей жены о пощаде. Может, они потонули в душераздирающих криках? Скажите мне, э-э… как вас зовут?

— Билсби, сэр.

— Билсби. Как давно ваша жена мертва?

— Около восьми часов.

Сикрас одобрительно кивнул:

— Свежая. Хорошо. Это повышает шансы на то, что её душа всё ещё в Эносе и богиня Адалин не утащила её в те чертоги загробного мира, что создала для своих почитателей. Прежде чем мы начнем, мне нужно, чтобы вы подписали кое-какие бумаги. Бенджамин?

Бенджамин с трудом выдвинул ящик и достал заранее подготовленный пергамент. Помучившись с поиском свободного места на заваленном столе, он перехватил руку покойницы.

— Прошу прощения, мисс, — сказал он, после чего отодвинул её конечность в сторону.