- Кнопки совсем, вот такие, - показываю рукой, невольно улыбнувшись. – Говорят только слоги, плюются, слюни пускают, зубов почти нет, только передние лезут. Двое пацанов ползают, третий встает, правда, ненадолго.

- Ба-а, да они же как мой пятый! – всплескивает ладонями бабуля, а я мысленно праздную победу. Без няньки квест пройду. – Значит, им около года. Совсем не ходят? - повторяет она, покосившись на подгузники.

- Разве что на меня, - подшучиваю, машинально отдергивая брючину. Ткань на паху уже подсохла, но красноречивое пятно осталось.

- Это поправимо. Расскажу тебе, как на горшок их высаживать. Чем раньше, тем лучше, особенно для мужичков. Ваши стручки проветривать надо, чтобы работали потом исправно и осечек не давали, а не отмачивать и перегревать в подгузниках, - поучительно ворчит она.

– Я правильно понял, что вы согласны на мое предложение? – настаиваю я, пропуская информацию этой огородницы про горшки и стручки мимо ушей. Что-то на дачном, некогда вникать. Для убедительности добавляю еще одну купюру, чтобы скорее активировать в ней режим супер-бабушки.

- Чего бы не помочь хорошему человеку, - с готовностью расправляет она плечи, перекладывая деньги за пазуху, ближе к… своему большому доброму сердцу. – Бери тележку, все покажу и объясню. Заодно сам запоминай, авось скоро пригодится. Парень ты неплохой, такие в холостяках не задерживаются. Чувствую, недолго тебе осталось...

Ведьма старая. То ли поддержала, то ли прокляла.

Глава 10

Я вываливаюсь с тележкой на улицу, как большая жаба из тесного аквариума. Свежий воздух обдает взмокшее лицо, легкий ветерок забирается под пиджак и охлаждает рубашку, прилипшую к спине. На город опускаются сумерки, хотя когда я заходил в супермаркет, было еще светло. Что за временной парадокс? Теперь понятно, почему мамочки вечно ничего не успевают.

Разминаю спину, хрустнув позвонками.

Трындец на холодец какой-то! Детей заводить – это не кафе открывать. Ничего не делал, а устал, как будто несколько ночей подряд в клубе тусил беспробудно.

- Кирюша! – ласково зовет меня бабуля, с которой мы почти породнились. Подгузники объединяют, оказывается. - Обращайся, если что! Звони в любое время, чем смогу - помогу.

Как круто изменилась моя жизнь! Раньше я стрелял номера телефонов у длинноногих моделей, а теперь - у старушек с багажом и опытом.

Она кидает пачку влажных салфеток на гору моих покупок, провожает меня до парковки, как квочка цыпленка-подкидыша, и по-родственному обнимает меня, обмазав щеку помадой. Подняв на прощание сжатый кулак, шепчет: «Но пасаран» - и, перекрестив меня им же, возвращается в супермаркет.

Нервно усмехнувшись, я толкаю груженую тележку к машине, с опаской прислушиваясь к исходящим из салона звукам. Если малышня бьется там в истерике, то, боюсь, я смалодушничаю и все-таки позорно сбегу.

Навстречу мне выскакивает Алина, заметно волнуясь, и я важно приосаниваюсь, почувствовав себя самцом, вернувшимся с охоты. Правда, триумф длится недолго… Когда она оценивает мою «добычу», ее брови ползут вверх, а аккуратный ротик округляется.

- Кирилл Евгеньевич, зачем вы ограбили супермаркет? – язвит, скептически заглядывая в тележку. – Может быть, вы решили перепрофилироваться и открыть филиал детского магазина у дома?

Как в канализацию головой окунула, ей-богу!

Вздохнув, я открываю багажник и молча складываю туда покупки. Нянька путается под ногами, сует свой вздернутый нос в тележку, активно копается там, как в бездонной дамской сумочке.

- Это что? – достает пачку крупы.

- Манка, - забираю и бросаю обратно к продуктам.

- Вы серьезно? А чем вам не угодили детские каши?

- Они там тоже есть. Всех видов, - рычу, начиная злиться.

- Зачем вам борщевой набор? – рассматривает пакет с овощами.

- Слушай, ты из клуба веселых почемучек? Прекращай генерировать глупые вопросы, - огрызаюсь я, дергая с другой стороны за узелок. Целлофан рвется, и содержимое вываливается на асфальт. - Для домашних пюре. Мне сказали, они вкуснее и натуральнее.

- Допустим… - заторможено кивает Алина. В ее руках остается кабачок, который она эротично обхватывает пальцами. - Только кто будет готовить? – вдруг смачно шлепает им по ладони, и я машинально зажмуриваюсь. Девушка-антисекс. - Вы? – тычет мне в нос этим отбитым фаллическим символом.

- А ты мне на что? – делаю пас морковкой, которую поднял с земли. - Я тебя всему научу, не беспокойся. Мне кучу рецептов надиктовали.

- Без ваших советов обойдусь, - фыркает вредная Мышь, двинув бедром тележку, и ныряет в багажник. - Просто интересно, кто вас надоумил? Это же какая-то битва эпох, словно свекровь с невесткой контрольную закупку провели.