После инцидента в баре «Сорок Четыре» Кай приказал мне передать расследование в отношении Адриана Пауэлла Эшу. Я связывался с ним несколько раз после свадьбы, но ему так же, как и мне, везло в попытках выяснить, на кого работал Адриан.

Я предоставил ему продолжать, а сам попытался докопаться до сути того, что Джорджио замышлял с картелем.

Ошибка, которая теперь терзала меня за задницу.

Дуло пистолета все глубже упиралось мне в голову. — Приятно познакомиться, ублюдок, — прорычал Арнольд у меня за спиной. — Не волнуйся, я не собираюсь тебя убивать. Пока. У меня и моих парней есть целая куча планов относительно тебя, прежде чем твое сердце перестанет биться.

— Верно, — ухмыльнулся Хьюго. — Что ж, было приятно иметь с тобой дело, Арнольд, но у меня есть то, что я хочу, так что как насчет того, чтобы продолжить это дело?

В тот момент, когда эти слова слетели с губ Хьюго, произошло несколько событий.

Сильным толчком он оттолкнул Софию назад, и воздух наполнил ее пронзительный крик, за которым последовал мощный всплеск. Страх пополз по моим венам, превращая кровь в лед, и когда я изо всех сил дернулся от двух байкеров, державших меня, раздался выстрел, а рев двигателя мотоцикла приблизился.

Арнольд навалился на меня, и двое байкеров, державших меня, отпустили мои руки, чтобы забрать свое оружие, вместе с другими байкерами. Я выкатился из-под тела Арнольда, между его безжизненными глазами зияла дыра.

Байкеры открыли огонь по новоприбывшему, их внимание было приковано к тому, кем был мой неожиданный союзник. Пули просвистели мимо меня, когда я рванулся к причалу, чертовски надеясь, что не получу ни одной пули в затылок.

Я понятия не имел, кто был новоприбывший; я знал, что это был не Кай и не кто-либо из наших мужчин, насколько я знал, они не ездили на мотоциклах. Но об этом стоило подумать в другой раз; прямо сейчас я был сосредоточен только на том, чтобы добраться до Софии.

Хьюго бросился вдоль причала, его лицо исказилось от крайней паники, а глаза метались по сторонам, как будто он пытался найти безопасный маршрут в разразившемся хаосе.

К несчастью для него, у него было только два выхода: прыгнуть в воду или пройти мимо меня.

Этому ублюдку потребовалось слишком много времени на раздумья.

Сжимая в руке нож, он замахнулся на меня за секунду до того, как я врезался в него, отбросив назад и оседлав сверху.

— Ублюдок! — я ударил его кулаком в лицо, когда он взмахнул ножом, изо всех сил пытаясь оттолкнуть меня, когда из его разбитого носа хлынула кровь. — Я, блядь, убью тебя за то, что причинил боль моей жене.

Ярость привела в действие мои кулаки, когда они снова врезались в его лицо, но, несмотря на боль, которую я ему причинил, он все еще пытался сопротивляться, нож порезал мне руку, когда он размахивал им.

Несмотря на боль от пореза, я с легкостью поймал его размахивающую руку, выкручивая запястье до тех пор, пока не раздался оглушительный треск, и он не закричал в агонии. Но его крики длились недолго. Не тогда, когда я вонзил нож, который отобрал у него, прямо ему в сердце.

Я не стал дожидаться, пока он перестанет дышать, прежде чем вытащил лезвие и снова рванулся вперед, сжимая нож в руке. Добравшись до края причала, я огляделся, но Софии нигде не было видно.

Когда я нырнул, ледяная вода пронзила мое тело тысячей игл, а ножевая рана на руке превратилась в пылающий ад из-за соленой воды. Со щиплющими глазами я отчаянно оглядывал мутную воду, пытаясь найти хоть какой-нибудь признак Софии, но в темноте было невозможно что-либо разглядеть. Когда мои легкие начали гореть, у меня не было другого выбора, кроме как вынырнуть на поверхность.

Когда я вынырнул на поверхность, выстрелы все еще отдавались эхом от доков, но я не стал зацикливаться. Сделав глубокий вдох, я снова нырнул, заставляя себя погрузиться глубже.

Каждый мускул в моем теле горел, а рука чертовски пульсировала, когда я заставлял себя плыть дальше в темноту. Мое зрение затуманилось от едкой соли, и меня охватил ужас, поскольку все, что я мог видеть вокруг, - это мрак воды.

Мои легкие начали гореть, отчаянно нуждаясь в воздухе, и когда я подумал, что мне придется возвращаться на поверхность, в темноте появилась белая вспышка.

Решимость придала мне сил, когда надежда расцвела в моей груди. Конечно, я не опоздал? Этого не могло быть. Я не мог потерять ее.

Мои легкие протестующе закричали, когда я приблизился к невесомой фигуре Софии, ее каштановые волосы мягко развевались вокруг нее, а глаза были закрыты. Я схватил ее за руку и встряхнул, надеясь, что ее глаза распахнутся и она поймет, что я был рядом с ней, что я пришел спасти ее.

Но они этого не сделали.

Не готовый сдаваться, я использовал ее тело, чтобы доползти туда, где ее ноги были привязаны к плите, придавливая ее к земле. Черные точки плясали у меня перед глазами, голова становилась легче по мере того, как мои легкие дольше обходились без кислорода, но мне было все равно. Если София умрет под водой, я умру вместе с ней.

Без нее, без Тео, моя жизнь была пуста.