Пленные ничего им про сбежавшего Чиёншоха рассказать не могли, но все как один соглашались с тем, что атаман их был человеком запредельно хитрым и необыкновенно удачливым. И что от него всякого можно было ждать. От их рассказов Саблин только больше хмурился: неужели всё зря? А ещё в результате допроса выяснилось, что атаман болотных бандитов очень ценит свою шкуру. И запросто бросил свою ватагу, едва поняв, что угодил в засаду. А бой развивался так: как выяснилось, не зря Кульков расходовал драгоценные пулемётные патроны, отправляя пули на звук куда-то в болото. Бандиты оказались не такими уж искушёнными бойцами, как предполагал прапорщик. Одна из лодок с опытными бандитами оторвалась от группы по приказу Глаза и пошла вдоль западного берега острова, чтобы высадить бойцов на северном берегу… А уже вскоре первая лодка в строю всё-таки заплыла в зону поражения дзота. Заплыла совсем чуть-чуть. И получила два попадания, в борт и в один из моторов. В борт попадание было бы пустяком, пуля прошила оба борта навылет, ничего и никого больше не зацепив, но вот в моторе пуля разнесла бак, и раскалённый от долгой работы мотор, естественно, вспыхнул… Пришлось свернуть в сторону, в тину, остановиться и тушить двигатель, и это была бы не беда, так как на одной из лодок был мотор запасной, да и на одном моторе можно плавать, если сильно не залезать в кашу из ряски. Глаз, чтобы не терять времени даром, приказал миномёту открыть огонь, а так как коптер уже висел над островом, миномёт начал стрелять почти сразу… И вот тут они вдруг узнали, что по их следу от русла к ним идут ещё лодки. Бандиты заволновались, так как атаман не знал, что это за лодки. Кто? Откуда взялись? Люди стали понимать, что это засада… А тут ещё с той лодки, что ушла огибать остров, раздались крики, что они попали в беду, что их расстреливают. И тогда славный атаман Чиёншох по кличке Глаз, никому ничего не сказав, развернул свою лодку и погнал её на юг. Все, кто могли, тоже бросились наутёк. Тут, надо признаться, мощные моторы бандитов и знание местных вод помогли им… Из трёх лодок тогда, в сумерках, лейтенанту удалось перехватить две. Но что было дальше, взятые в плен бандиты не знали… Это знал Фарафонов и его люди. Уже в темноте сам Глаз на одной лодке и его первый помощник Савелий на второй уходили от острова. И вот лодку Глаза пулемёт Фарафонова и достал, на максимальной дистанции поражения. В общем, каким-то чудом. Да только Акиму этого чуда было маловато. Ему нужен был Глаз.

Кое-как разместились, легли спать, но по рыбачьей привычке Аким встал рано, в два часа утра. Сам встал и людей своих поднял – завтракать. Баки заливать. После, когда всё уже было готово, он разбудил Фарафонова, сунул ему планшет:

- Покажете, где Глаз выпрыгнул из лодки?

- Послушайте, Саблин, не могу понять, почему вы ещё прапорщик? – после многочасового бодрствования лейтенант не очень-то рад, что его разбудили. Он берёт у Акима планшет. А тот ему и говорит нехотя:

- Не знаю, не заслужил, значит, большого чина.

- Странно это, - продолжает Фарафонов, он жмурится, чтобы глаза после темноты привыкли к светлому экрану планшета. – С такой настырностью и требовательностью вы уже давно должны быть сотником, - наконец он находит район, где происходил бой, тычет в экран пальцем: - Где-то тут лодка, там мелко, вы её найдёте, увидите, а вот тут, по идее, он где-то спрыгнул. Вот тут вот… В общем, ищите. Но имейте в виду, карта у вас старая… Тут всё давно переменилось.

- Принято, - Саблин теперь сам рассматривает указанный район и запоминает. – Это уже русло…

- Да, один из рукавов русла, - поясняет лейтенант, - они на большое русло не хотели выходить, там открытые пространства встречаются, как раз для пулемёта, а Глаз, видно, эти места хорошо знал, гнал по рукавам…

- Понял, спасибо, – Аким не отрывается от карты.

- Вы сейчас уходите?

- Так точно, – Саблин наконец выключает планшет и прячет его.

- Ладно, - Фарафонов вздыхает. Видно, что он думает вставать и теперь собирается с силами.– Через час-полтора выйду за вами. Связь – канал тот же.

- Принято.

***

Под утро всякой нечисти в воздухе явно прибавилось. Какие-то длинные жуки, величиной больше, чем стрекозы, то и дело падали на носовой прожектор лодки, каждый раз восхищая казаков своими размерами.

- Ну ты видел, нет? – удивлялся Кульков, сидевший на носу за пулемётом. Ему было видно гадов лучше всех

- Чего там? – интересовался Калмыков с кормы.

- С ладонь, зараза, вот такая, только что шмякнулась о фонарь. Жуть, что за звери тут у них.

- Да, у нас такого нет, – отвечал ему Карасёв. – Это всё из-за деревьев.

- Да нет… - не соглашался с ним Николай. – Это всё из-за Камня, тут же пришлых куча, говорят, через каждые десять километров база или лаборатория, шебуршат, что-то делают, вот и гадов этих изобретают.

- Коль, а на кой им оно? Таких-то чертей изобретать? – интересуется Калмыков.

- Да разве ж я знаю, - отвечал Кульков. – Ну… если так подумать… может, чтобы люди тут, на болотах, вообще жить не могли.

- А-а… - понимает Денис.