Виконтесса Болингброк стучит костлявым пальцем по краю моей парты.

— Сосредоточься, Бентон!

Мэрион слегка наклоняет свой лист в мою сторону, и я копирую ее ответы.

Полагаю, Брам действительно говорил, что хочет видеть рядом с собой умную девушку.

После чаепития мы собираемся на южной лужайке. Королева в окружении группы фрейлин, обмахивающихся перьевыми веерами, стоит рядом с пирамидой из бокалов шампанского. Задерживаясь на краю толпы, я замечаю Брама и Эммета.

Когда мы приближаемся, в компании воцаряется тишина. Я слышу шепот: «Шестерка».

Объявление делает виконтесса Болингброк, но все по-прежнему смотрят на королеву, словно она — центр тяжести, а мы все — лишь спутники на ее орбите.

— Что может быть лучше, чтобы поприветствовать вас в Кенсингтонском дворце, чем немного веселья, — говорит виконтесса. — Сегодня после обеда Ее Величество пригласила нескольких избранных друзей присоединиться к нам для игры в лабиринте из живой изгороди. В центре вы найдете небольшой приз. Ее Величество обожает игры.

Говорят, что игры часто были тем самым способом, с помощью которого Иные заманивали людей, чтобы заключить с ними сделку. Они предлагали сыграть партию в шарики, бирюльки или бильярд, а затем заколдовывали предметы, чтобы обеспечить себе победу.

Среди исследователей «подземного» мира фейри до сих пор ведутся споры, какие из игр изобрели люди, а какие были привнесены нашими странными гостями.

Лицо королевы Мор искажается в улыбке, когда она берет полный бокал шампанского и разбивает его о землю.

— Вперед!

Раздается взрыв смеха, и все бросаются в лабиринт. Олив тащит меня за руку, хихикая:

— Давай найдем Брама.

Мы первыми натыкаемся на Эмми, которая пытается взобраться на стены.

— Я вижу Мэрион! — кричит она с середины высоты живой изгороди. — Привет, Мэрион!

Откуда-то издалека доносится приглушенное «Привет!» Мэрион.

Грир врезается в меня сбоку, сделав полный круг в попытке повернуть налево. Мне немного стыдно, что я смеюсь.

— Может, подождем ее? — спрашиваю я Олив.

— Нет! — визжит Олив и тянет меня за руку.

Эмми указывает налево:

— Ребята пошли в ту сторону, побежали!

Грир что-то выкрикивает и пинает в нас землю, пока мы спринтерским бегом удираем прочь.

Мы добегаем до развилки: Эмми и Олив сворачивают налево, а я в одиночку сворачиваю направо.

Здесь живой изгородь становится темнее, и вскоре я слышу приглушенные голоса, спорящие друг с другом.

Я вбегаю в тупик и обнаруживаю Фейт и Эммета, стоящих слишком близко друг к другу.

— Просто скажи мне правду… — звучит так, будто она умоляет его.

Я разворачиваюсь, чтобы уйти, но они замирают, заметив меня. Фейт отходит от Эммета, и, проходя мимо, она толкает меня так сильно, что я отлетаю назад в изгородь; колючие ветки царапают руки.

— Фейт! — восклицает Эммет в ужасе, а затем протягивает руку, чтобы вытащить меня из зарослей. — Ты в порядке? — спрашивает он.

Я вытаскиваю пучок листьев из волос.

— Выживу.

— Хорошо, — говорит Эммет. — А теперь иди флиртуй с Брамом.

— Флиртуй? — с ужасом переспрашиваю я. Я никогда ни с кем не флиртовала.

— Да, сейчас самое время. — Прежде чем я успеваю отказаться, он кричит: «Брат, сюда!» — и Брам выходит из-за угла, улыбаясь.

Эммет поднимает брови и кивает в сторону брата.

— Э-э, привет, — говорю я.

— Привет, — добродушно отвечает Брам.

— Леди Айви, расскажи Браму ту уморительную вещь, которую ты только что мне рассказывала, — говорит Эммет. Я готова его убить.

— Гм… — я лихорадочно перебираю в памяти хоть что-то остроумное, что когда-либо говорила. — Сердца креветок находятся у них в головах, — заикаясь, выпаливаю я.

— Что? — одновременно спрашивают Брам и Эммет, причем Эммет гораздо громче.

— Э-э, сердца креветок…

— Нет, мы тебя услышали, — говорит Эммет.

— Ты… любишь креветок? — спрашивает Брам.

— Не особенно.

— Оу, — говорит Брам, в то время как Эммет стоит у него за спиной, глядя на меня с широко раскрытыми глазами и ужасом на лице.

— Я пойду, пожалуй. — Я разворачиваюсь и иду в противоположную сторону.

— Постой, нет, расскажи другую уморительную вещь! — кричит Эммет, и я убегаю — не к центру лабиринта, а чтобы спрятаться от него.

Я теряю его из виду и следующие несколько минут бесцельно брожу по коридорам. Вдруг, совершенно случайно, я оказываюсь в самом центре лабиринта. Брам уже там, в его руке золотой трофей.

Эммет появляется через несколько секунд после меня, запыхавшийся, с блестящим от пота лбом. Он убирает волосы с лица.

Он по-дружески набрасывается на Брама:

— Тебе обязательно всегда выигрывать?

Брам смеется вместе с ним:

— Да.

Олив Лисонби