Но в конце концов она едва могла говорить. Бедняжка была вялой и податливой, когда он устраивал ее в своих объятиях. Он затащил ее в горячий источник, бережно обращаясь с ее чувствительной кожей, даже когда она положила голову ему на плечо.
— Посмотри, что я с тобой сделал, — пробормотал он, притягивая ее обратно к своей груди, чтобы поиграть пальцами с ее грудью. — Ты выглядишь такой идеальной сейчас.
— Рагнар, — прошептала она, пытаясь покачать головой. — Я не могу. Хватит.
— Еще один раз.
— Я не могу.
Он не слушал ее мольбы. Ему просто нужно было услышать, как она разлетится на части в последний раз, и тогда он даст ей отдохнуть. Несмотря на то, что Майя заскулила, когда его руки скользнули вниз по ее животу и опустились между бедер, он обнаружил, что она готова и отзывчива. Она была такой припухшей, такой чувствительной, что малейшее прикосновение его пальцев к ее коже заставляло ее стонать.
Хватило пары касаний к ее чувствительному клитору, чтобы она закричала ему прямо в ухо. Несколько часов подобных ласк, очевидно, сделали ее настолько чувствительной, что довести ее до пика оказалось так легко.
— Сладкая моя жена, — пробормотал он, откидывая мокрые волосы с ее лица. — Такая идеальная для меня. Последний раз. Обещаю.
Тяжело дыша, она прижалась к его шее, и он никогда не видел ничего прекраснее. Это было то, чего он хотел. То, в чем он нуждался с того момента, как решил, что она его: часы, посвященные ее, и только ее, удовольствию.
Часы, чтобы он мог убедиться: она хочет его, и, вопреки всему, он хочет ее тоже.
Рагнар обнял ее чуть крепче, обхватив за талию и сжав. Он хотел еще немного вдыхать ее запах, но в то же время понимал, что пора отнести ее домой.
Она тихонько заскулила, уткнувшись лицом в его шею, и обмякла еще больше.
— Тебе нужна постель, — пробормотал он ей в шею, поднимаясь, чтобы вынести ее из воды. — Хочешь спать, огневолосая?
— Да, — выдохнула она.
— Тогда я отнесу тебя в постель. Укрою тебя и прослежу, чтобы ничто не потревожило твои сны. Как тебе такое?
Но она уже спала в его объятиях. Вздохнув, он опустил ее на теплый мох на несколько мгновений, чтобы натянуть на себя одежду, а затем помог одеться ей. Она ворчала, пока он это делал, полусонная и издающая тихие звуки недовольства, когда он натягивал платье ей через голову и продевал руки в рукава. Очаровательно.
Все в ней было таким мягким и хрупким, и он не мог поверить, что когда-то считал это проблемой. Когда он впервые посмотрел на нее, он видел лишь крошечного человечка, нуждавшегося в его защите. А теперь?
— Твоя храбрость не перестает меня удивлять, — пробормотал он, подхватив ее на руки и направляясь к их дому.
И дело было не только в битве или в том, как она отбилась от того солдата, но и в том, что она приняла его целиком. Он мог лишь догадываться, насколько это было для нее пугающе. Смотреть на взрослого, огромного тролля и ожидать, что между ними что-то произойдет, должно быть, было для нее полным безумием. И все же она сделала это.
И уже не в первый раз.
И черт возьми, если он не был самым счастливым мужчиной во всем королевстве прямо сейчас. Потому что его невеста хотела его так же сильно, как он хотел ее, и теперь ничто не стояло у них на пути. Ничего между ними. Она сражалась бок о бок с ним, и, возможно, это был просто дурман после часов, проведенных между ее бедер, но у него было больше надежды, чем когда-либо за долгое время.
Их будущее казалось все более и более светлым. С этой мыслью он шел молча, пока его троллья жена спала в его объятиях, и он нес ее домой. Она была теплой и податливой в его хватке, легкой ношей, но также и напоминанием обо всем том драгоценном, за что он должен был быть благодарен.
Рагнар вернул ее домой в целости и тишине. Несколько троллей одарили их странными взглядами. То и дело встречались нахмуренные брови и поджатые губы, но никто их не остановил. И когда он уложил ее на кровать, то убрал волосы с ее лица и издал долгий вздох облегчения. Они были дома. Они были в безопасности.
Здесь он мог бы прятать ее до конца времен. Здесь ее никто не найдет, и никто не посмеет даже прикоснуться к ней, зная, что за это придется отвечать перед ним.
Рагнар вышел в гостиную за еще одним одеялом и тут же услышал стук в парадную дверь. Тихий стук. Словно человек по ту сторону знал, что беспокоит его и его троллью жену, которой так отчаянно нужен был отдых.
Нахмурившись, он подошел, готовый отчитать того, кто стоял по ту сторону. Его невесте нужен был покой. После всего, что она увидела и пережила, тролли могли бы дать ей хотя бы это.
Но когда он распахнул дверь, то лишь побежденно вздохнул. На пороге стояла официальная посланница короля Эгиля, явно тоже не в восторге от того, что ей пришлось сюда прийти.