— Вы что, тайком пробираетесь в мой дом? — спросила Майя, озадаченная поведением другой женщины.

Женщина-тролль подпрыгнула, а затем усмехнулась, поняв, что Майя стоит здесь.

— Твой дом, значит? Кажется, я впервые слышу, чтобы ты его так называла.

Может, и в первый. Она всегда считала это место домом Рагнара. Но после прошлой ночи, битвы и… всего остального, что произошло, ей было гораздо легче смотреть на это место и чувствовать, что оно принадлежит и ей тоже.

— Женщина может передумать, — наконец ответила Майя.

— Особенно когда она сражается в бою, как настоящий воин. Знаешь, весь город только о тебе и говорит. — Инкери протянула ей плащ, чтобы она его взяла.

— Я не так уж и сопротивлялась — поверьте мне.

— Ты сражалась достаточно отчаянно, чтобы те, кто вернулся из боевого отряда, быстро затыкали любого, кто осмеливался дурно отзываться о человеке среди нас. Знаешь ли ты, что немало троллей утверждали, будто ты шпионка людей? Теперь любому, кто скажет подобное, быстро закроют рот.

А это означало, что весь город знал и о том, что на неё напали. Эти воспоминания вцепились в задворки сознания Майи, как волк, о котором говорил Рагнар. Этот волк хотел сжать её в своих челюстях и трясти так сильно, чтобы у неё искры посыпались из глаз.

— Для чего это? — спросила она, указывая на предложенный плащ, но даже она сама услышала отчаяние в своих словах. Ей нужно было отвлечься, хоть на что-нибудь, от этих воспоминаний. Её рука дрожала, когда она потянулась за ним. Хуже того, она была почти уверена, что и голос её дрогнул.

— Мы возвращаемся в безопасность к тролльим жёнам. Ты заслуживаешь быть там, а не здесь в одиночестве.

— Думаю, мне и здесь хорошо. Мне нравится быть здесь. — В темноте. В одиночестве. Здесь тревога и страхи могли поглотить её, и никто бы не узнал.

Она уже чувствовала волка в горле. Словно зверь жил внутри неё, осознавая её ужас от того, что скоро он поднимет свою уродливую голову. Чем больше она пыталась отодвинуть его в сторону, тем сильнее эти воспоминания хотели дать сдачи.

Она едва заметила, как Инкери пошевелилась. А в следующее мгновение женщина уже стояла перед ней, накидывая плащ ей на плечи. — Тебе нельзя здесь оставаться. Ты пойдёшь со мной, и остальные позаботятся о тебе.

— Я думала, Рагнар скоро вернется…? — Даже она сама слышала надежду в этих словах.

— Рагнар занят. Но мы о тебе позаботимся, огневолосая. А теперь накинь капюшон, иначе люди начнут тебя узнавать, а я не думаю, что ты сейчас в настроении с кем-то разговаривать, верно?

Нет, не в настроении. Она не хотела ни с кем говорить о том, что произошло только вчера. Она пока не хотела об этом думать.

Взглянув на комнату, которая должна была стать её убежищем, она последовала за Инкери на улицу, ступая по каменным дорожкам, ведущим в самое безопасное место в этой горе. По пути она пыталась убедить себя, что это хорошая идея. Тролльи жёны поймут, через что она проходит. По крайней мере, она на это надеялась. Они тоже были женщинами. Наверняка они знали, каково это — пережить… такое.

Заходя в потаённое место вместе с Инкери, Майя могла думать только о том, что эти женщины, возможно, тоже захотят, чтобы она об этом поговорила. Они могли бы начать давить на неё, думая, что это правильное решение, что ей нужно выговориться и что они поступают во благо, заставляя её.

Но она не хотела говорить об этом. Не сейчас. Может быть, никогда. Может быть, ей просто хотелось спрятать всё это в своей голове и позволить мыслям перекатываться там до тех пор, пока они не станут мягкими и гладкими, как речной камень.

Тролльих жён здесь было не так много, как раньше. Некоторые пожилые старухи-тролли ткали в углу, некоторые шили, сидя на брёвнах, стратегически расставленных вокруг более тёплого костра. Несколько тролльих жён практиковали магию в ручье, так же, как она видела это раньше. Другие расположились на траве на одеялах. Пара жён даже забралась на деревья, хотя, похоже, они собирали фрукты, висящие на ветках. Фрукты, которых она не замечала с тех пор, как побывала здесь в первый раз.

Одна из тролльих жён помахала ей рукой, крикнув:

— Майя! А мы всё гадали, когда ты вернёшься.

Она не… ну, она вообще не думала, что они заметят, что она не вернулась. Их было так много, а она не обязательно была здесь желанной гостьей. Человеку здесь, на каком-то уровне, было не место. Но она была признательна, что они хотя бы помнили её имя.

— Пойдём, — сказала Инкери, протягивая руку, чтобы взять её ладонь. — Я знаю, что тебе сейчас нужно.

— Инкери, я правда просто хочу вернуться домой и притвориться, что меня не существует на какое-то время.

— Это тебе не поможет. А вот то, что я знаю — поможет.