Внизу я могла видеть, как члены Судебной коллегии совещаются на платформе. Через мгновение Кэтрин Мортис и Виктор отошли в сторону, склонив головы друг к другу, как заговорщики.

— Что они задумали? — голос Никсариса загрохотал. — Их коварные лица вызывают у меня желание растопить их.

Я прижалась к нему крепче. Ничего хорошего.

Я наблюдала, как Кэтрин и Виктор спускаются по ступенькам платформы, другие члены Трибунала следовали за ними. Бабушка Кейджа шагала позади них. Элария Авари выглядела явно раздраженной. Я решила, что это нехорошо.

Виктор жестикулировал в сторону Никсариса и меня. Он тоже кричал, но его слова уносились ветром. Было ясно, что он хотел, чтобы мы приземлились.

Никсарис насмешливо фыркнул.

— Такая власть. Удивительно, что ты не дрожишь у их ног.

— Просто приземляйся, — настойчиво прошептала я. — Пожалуйста.

Никсарис издал многострадальный вздох, но подчинился, развернул крылья и снизился. Его когти коснулись земли, глубоко вонзившись в грязь, и он опустил голову, чтобы я могла соскользнуть. Мои ноги дрожали, когда я предстала перед Трибуналом. Я заметила, что Блейк остался на платформе, держа Энию и Флоренс поближе к себе. Я огляделась и увидела Родригеса, Тео и Вишу, стоящих с одной стороны платформы рядом с Джией, удерживая ее в пределах своего защитного круга. Это было слабым утешением.

Кэтрин шагнула вперед. Она была одета в облегающий костюм из блестящей красной кожи, сшитый так, словно был сделан из переплетенных чешуек. Я надеялась, что Никсарис этого не заметит. Носить что-то подобное рядом с драконом казалось очень безвкусным.

— Твой дракон продемонстрировал мастерство и точность, — холодно сказала она, обращаясь ко мне, а не к Никсарису. — Но есть еще один вопрос, который мы хотели бы обсудить.

Виктор встал рядом с ней.

— Да. Мы с Кэтрин решили, что у нас должен быть акт представления, прежде чем оценку можно будет считать завершенной.

Я почувствовала себя так, словно меня ударили. Моя рука инстинктивно потянулась к боку Никсариса, ощутив пульсацию его мышц под черной чешуей.

Его голос зарычал в моей голове, и в нем не было сомнений в его ярости:

«Покорность? Они хотят заставить меня перевернуться? Или, может быть, мне следует сесть и умолять, как дрессированному щенку?»

— Я думаю, они хотят, чтобы ты поклонился, — пробормотала я ему в ответ.

Я уставилась на Кэтрин, и она холодно посмотрела на меня в ответ. Исчезла девушка, которую я видела в прошлом году, которая страстно обнимала своих рабов посреди трапезной, словно вызывая кого-то на осуждение. Или, может быть, это всё еще была она. Может быть, она всегда была такой — полностью контролируемой, невероятно гордой до такой степени, что ее никогда не волновало, что думают другие. Ее отец был жестким человеком. Интересно, сколько из этой твердости, подумала я, он передал своей дочери?

Никсарис опасно замолчал. На мгновение единственными звуками были шум ветра и волны, разбивающиеся о камни под утесами.

Я больше не могла ждать.

— Что мне им сказать? — спросила я, мой голос немного дрожал. — Что ты собираешься делать?

— Подойди к ним. Медленно. Не произноси ни единого слова.

— Что? Почему? — прошипела я. — Что ты задумал?

— Иди. Сейчас же. — Его тон не допускал отказа.

С колотящимся сердцем я сделала, как он сказал, неохотно направляясь к Трибуналу, мои плечи напряглись под тяжестью их взглядов.

Глаза Виктора сузились. Губы Кэтрин сжались.

— Всадник! — рявкнул Виктор. — Что всё это значит? Ты немедленно заставишь дракона повиноваться.

Я глубоко вздохнула, но ничего не сказала. Мой взгляд метнулся к Блейку. Он поднялся на ноги, но все еще оставался на платформе, скрестив руки на груди, широко расставив ноги, в непреклонной позе — как будто ничто не могло пройти мимо него. «Эния и Флоренс в безопасности», — сказала я себе. «Пока».

Я взглянула на Флоренс. Ее лицо было бледным. Она выглядела чертовски напуганной.

«Этого достаточно», — голос Никсариса прорычал в моей голове. — «Пробеги мимо них. Сейчас».

Мое сердце подпрыгнуло к горлу. Никсарис, нет. Не такой, как лорд Мортис. Пожалуйста, не надо…

«Я сказал — беги».

Я перешла на бег, свернув в сторону, чтобы обогнуть группу Высокородных. В тот момент, когда я миновала последнюю, позади меня раздался рев.

Я обернулась и увидела, как Никсарис встает на дыбы, его крылья широко распахнулись, а из пасти вырвалось пламя.

Толпа закричала, разбегаясь, как испуганные мыши, но для членов Трибунала было слишком поздно. Огненное кольцо вспыхнуло вокруг них, отрезая группу от остальной части поля. Виктор выглядел разъяренным. Кэтрин, сердитая и напуганная. Леди Авари и Лизандер стояли рядом. К моему удивлению, их руки были связаны, и они казались спокойными перед лицом огня.

— Отойди! — самообладание Кэтрин окончательно пошатнулось, когда она закричала, перекрывая рев пламени. — Отойди, дракон! Вы будете повиноваться своим законным хозяевам!