Лисандр Орфос помогал Иларии Авари выйти из другого экипажа. Тут у меня перехватило дыхание. Мой дядя выходил из следующего экипажа. И вслед за ним, вцепившись в его рукав, как в спасательный круг, стояла Эния.

Мое зрение затуманилось, когда ярость захлестнула меня. Моей младшей сестры не должно было быть здесь. Я позаботился об этом. Энию должны были охранять, держать подальше от публики, в безопасности. И все же она была здесь, смотрела на Виктора широко раскрытыми, неуверенными глазами, а ее крошечное тельце скрывал слишком большой малиновый плащ.

На первый взгляд она выглядела как обычный ребенок Высокой крови — нежная, бледная, поразительно красивая. Но я знал правду. Ее разум был раздроблен. Ее глаза нервно забегали по толпе. Приводить ее сюда было чистой глупостью. На данный момент она была в здравом уме, спасибо Служанке Крови, но это могло измениться в одно мгновение. Ей здесь было не место. Она не принадлежала ни моему брату, который вырезал всю ее семью, ни моему дяде, который думал, что может использовать ее как пешку.

Я быстро двинулся вперед, встав прямо на пути Виктора.

— Нам нужно поговорить. Сейчас.

Дядя приподнял бровь:

— У меня нет времени на твои театральные выходки, Блейк. Отойди в сторону.

— Ты думаешь, это я драматизирую? Ты увидишь настоящий спектакль, если не вернешь Энию туда, где ей самое место, прямо сейчас.

Виктор прищурил глаза цвета крови:

— Забавно, Блейк. Для меня это прозвучало очень похоже на угрозу. Ты мне угрожаешь?

Я зарычал:

— Я должен? После всего, что я сделал для тебя и нашей семьи, зачем ты привел ее сюда?

— Возможно, твоя младшая сестра… — он сделал ударение на последнем слове, и я напрягся, — просто хотела увидеть дракона во плоти. Возможно, она попросила, чтобы мы принесли ее сюда в качестве угощения. В конце концов, она ребенок. — Он медленно улыбнулся.

Он знал, что Эния не была настоящим ребенком. Ее разум то появлялся, то гас. Из-за меня. Из-за моей жалкой попытки «спасти» ее. Каким же спасителем я оказался. Часть меня знала, что лучше бы она умерла, чем то, во что я ее превратил.

— Здесь какие-то проблемы, дядя? — Маркус стоял позади Виктора, крепко сжимая плечо Энии.

— Вовсе нет. Отведи Энию на ее место. Я буду прямо за тобой.

Мои губы скривились, когда Маркус увел Энию прочь. Маленькая девочка оглянулась на меня, но не выказала никаких эмоций. Однажды я тайно консультировался с целительницей. Женщина призналась, что, по ее мнению, вскоре Эния даже не узнает меня. Она бы просто захотела покормиться.

Как только они оказались вне пределов слышимости, я повернулся к Виктору:

— Она не разменная монета. Ты подвергаешь ее риску. Ты знаешь, на что она способна. Пожалуйста. Не делай этого. Я прошу тебя как семья.

Улыбка Виктора была холодной:

— Ты должен спросить себя, зачем я привел ее сюда.

Мои кулаки сжались:

— Прекрасно. Почему?

— Чтобы убедиться в вашем согласии, — спокойно ответил Виктор.

— Ты думаешь, я бы восстал против тебя? — спросил я, едва сдерживая ярость. — Я сделал всё, о чем ты просил.

— Ах, но дело не только в тебе, — ответил Виктор тоном, будто мы обсуждали погоду. — Твоя маленькая супруга. Я не могу рисковать, чтобы всадница не выкинула сегодня какую-нибудь глупость.

— Она этого не сделает, — прорычал я. — И именно поэтому блайтборн здесь, не так ли? Зачем тебе они оба?

— Вы нужны мне все трое, — сказал Виктор.

Так что сегодня я тоже был рычагом давления. Странно, но я этого не предвидел.

— Пендрагон будет всё равно, если ты убьешь меня, — сказал я категорически. — Так что оставь Энию в покое. Она ребенок. Она наша кровь.

Лицо Виктора скривилось в усмешке:

— Не связывай это гнусное животное с нашей фамилией. Она не моей крови и никогда не будет. Она — твоя большая ошибка.

— Моя мать приняла Энию как собственную дочь, — сказал я натянуто. — А мой отец…

— Хватит! — Виктор с отвращением покачал головой. — Ты говоришь это так, как будто это хорошо. После всего, чему я научил тебя, Блейк, тебе следовало бы знать лучше.

— Я забочусь об этой девушке, — сказал я хриплым голосом. — Если с ней что-нибудь случится, ты потеряешь больше, чем просто ее жизнь.

— Ты угрожаешь лишить меня своей верности? Мне? Ты смеешь? — Он начал уходить.

— Подожди! — позвал я, мой голос был достаточно резким, чтобы заставить его остановиться. — Если она здесь, я останусь с ней. На платформе.

Виктор медленно повернулся:

— Я не помню, чтобы это было частью сегодняшней договоренности, Блейк. Боюсь, мест не хватит.

— Я не спрашивал, — прорычал я, подходя ближе. Мой голос был непреклонен. — Маркус может отдать мне свой стул. Если Эния там, наверху, если Флоренс там, то и я там. Или ты хочешь объяснить Трибуналу, почему твой маленький рычаг воздействия внезапно взбесился и напал на всех? Потому что я обещаю тебе, Виктор, она сделает это, если почувствует себя в опасности. И ты чертовски хорошо знаешь, что я единственный, к кому она действительно прислушивается.

Виктор нахмурился: