Блейк смотрел на меня снизу вверх. На краткий миг наши взгляды встретились. Он слегка кивнул мне, почти незаметно, и я почувствовала смесь уверенности и беспокойства. Я была благодарна ему за то, что он оставался рядом с Флоренс. Но если он был там с Энией, это означало, что Виктор снова дергал за ниточки — и я ненавидела это.

«Перестань размышлять. Пора», — голос Никсариса вернул меня в настоящее.

«Отлично. Давай покажем им, на что ты способен».

Он поднялся, его крылья с треском поймали ветер. Мы взлетали все выше и выше, пока толпа под нами не превратилась в точки. Затем Никсарис слегка изогнулся, стремительно падая вниз в спиралевидном пике, от которого у меня перехватило дыхание. Он остановился в последний момент, его когти скользнули по вершинам утесов, когда он выполнил серию крутых кренов и разворотов. Каждый маневр был точным, плавным и ужасающе быстрым.

— Это было в списке? — мне удалось выдохнуть, так как я крепко вцепилась в него.

— Нет. Это я разогревался, — он не потрудился скрыть самодовольство.

— «Показуха», — пробормотала я вслух. — Ты уверен, что мы не можем подумать о том, чтобы сшить седло? Возможно, вы и пройдете сегодняшнюю проверку, но я не так уверена в себе.

— Успокойся, дитя. Как ты думаешь, всадникам древности требовались седла и ремни, чтобы оставаться на своих драконах? — упрекнул Никсарис.

Я прищурилась:

— Что ты имеешь в виду? Они использовали седла. Ты сам так сказал.

— Они использовали их, но в основном для показухи. Или для бедных наездников, которые не могли без них обойтись. Слабаки. — Я чувствовала его презрение. — Седла и лямки были украшены цветами дома. Они больше считали драконов своей собственностью, чем защищали всадников.

— То есть ты хочешь сказать, что никому не нужно седло, чтобы оседлать дракона? — я не поверила.

— Не никому. Но те, в ком течет достаточно сильная кровь наездника, не должны нуждаться в этом. Твое тело было создано для этого.

Я посмотрела вниз. Мои пальцы на руках и ногах были немного длиннее, чем у обычного человека. Когда я впервые прибыла в Санграту, Высокородные говорили о проведении экспериментов на мне — для измерения структуры и плотности костей. Я уже знала, что у меня более быстрые рефлексы, чем у блайтборна. Вот почему Шанкара позволил мне продолжать посещать занятия по боевому искусству вместе с его учениками Высокой крови.

— Ваша кожа также термостойка, — добавил Никсарис.

— Прошу прощения. Вы хотите сказать, что огонь не причинит мне вреда?

— Я сказал, что вы термостойкий, а не воспламеняемый, — поправил он. — Если бы я направил на тебя всю силу своего пламени, ты бы сгорела. Но медленнее.

Я вздрогнула. Восхитительно.

— Это полезная черта, когда находишься в бою, — заметил он.

— В бою с другим драконом, ты имеешь в виду?

— ДА. Иногда Всадникам удавалось пережить взрыв, который убил бы обычного гнилорожденного или Высокородного.

Я внезапно почувствовала благодарность за то, что в живых не осталось других драконов.

Первые задачи в списке были методическими. Трибунал установил ряд массивных столбов разной высоты. Никсарис должен был перемещаться вокруг них по заданному шаблону. Я могла понять, почему он считал это скучной работой, учитывая, что у него были воспоминания о настоящих боях. По сравнению с этим, это действительно была детская игра.

Он с легкостью преодолел полосу препятствий, складывая и щелкая массивными крыльями. В какой-то момент он наклонился ровно настолько, чтобы я могла видеть зрителей внизу. Некоторые из них захлопали — пока Никсарис не издал громкое рычание, которое погрузило их в неловкое молчание.

— Расслабься, — сказала я успокаивающе. — В следующий раз я попрошу их придержать аплодисменты.

Затем последовала демонстрация стрельбы. По всему полю были расставлены мишени — выкрашенные в красный цвет бочки, соломенные фигурки и даже металлические щиты, укрепленные на кольях. Трибунал хотел увидеть не только его огневую мощь, но и его способность точно направлять огонь.

Никсарис на мгновение завис высоко над полем, осматривая свои цели. Затем, сделав глубокий вдох, он выпустил струю пламени. Огонь прочертил полосу по небу, ударив прямо в центр бочки и разнеся ее на пылающие щепки. Я слышала, как толпа разразилась вздохами и одобрительным ропотом.

Он слегка повернул голову и прицелился в одну из соломенных фигурок. На этот раз вырвался узкий столб огня, воспламенивший грудь фигуры, не коснувшись окружающего поля.

— Доволен? — скучающим голосом спросил Никсарис, когда соломенная фигурка рухнула кучкой пепла.

— Ну, я знаю, что впечатлена, — призналась я. — Но я думаю, они ожидают, что ты продолжишь.

Никсарис раздраженно зарычал, но метнулся ниже. Его пламя охватило другие цели рассчитанными очередями, чередуя широкие струи пламени с точечными взрывами. После того как все цели были уничтожены, я почувствовала жар, поднимающийся от горящего поля под нами, даже со своего места на его спине.

Я почувствовала огромное облегчение. Вот и все. Мы выполнили задания из списка.