Однако Ее влияние отнюдь не испарилось без следа. Даже в нынешнюю эпоху можно было нащупать кое-какие отголоски Ее былой мощи, ведь именно Она выковала Подземное царство!

«Город Мертвых… „Неведомые фантомы“… древняя богиня… Звучит так, что впору за версту обходить эту дыру…» — Клейн, не отрывая взгляда от стоящего перед ним беспроводного телеграфного приемника, с головой ушел в тяжелые думы.

Тук-тук-тук. Аппарат деловито выплюнул еще один кусок призрачной бумаги:

'Помимо этого, иными подробностями я, увы, не располагаю.

О великий владыка, ваш слуга осмелится предложить один совет. Дозволите ли вы его озвучить?'

«А вот это уже деловой подход…» — вынырнув из омута мыслей, юноша едва заметно кивнул:

— Говори.

Мерный стрекот приемника вмиг налился задорной, суетливой легкостью. На иллюзорном пергаменте молниеносно выстроилась новая строка:

«Касательно любых вопросов о Кальдероне, вы вольны вознести мольбы „Красному Свету“ Эл Мории».

«Как ни крути, а обойти „Красный Свет“ стороной не выйдет…» — Клейн ответил коротким, скупым кивком и сменил тему:

— Если я сорву маску с лица «Адмирала Ада» Людвилла, это не сулит мне фатальной угрозы?

«Никак нет!» — железобетонный, дышащий абсолютной уверенностью ответ тут же предстал взору сыщика.

«Вот и славно…» — поразмыслив с секунду, он бросил:

— На сегодня закончим.

«О величайший и мудрейший владыка, поспешите! Пройдет от силы пара минут, и в эту сторону устремятся незримые взоры! Ваш бесконечно преданный слуга Арродес будет с замиранием сердца ждать следующего зова! До скорой встречи~» — пулеметный стрекот аппарата не выдал ни малейшей заминки.

«Пара минут⁈ Какого дьявола ты раньше молчал⁈» — сердце Клейна ухнуло в пятки. Юноша почувствовал себя так, словно воочию узрел тикающий таймер на заложенной бомбе. Не теряя ни доли секунды, он сноровисто пустил в ход всё еще не разобранный алтарь и остатки материалов. Проведя ритуал жертвоприношения, сыщик благополучно зашвырнул этот проклятый телеграфный приемник прямиком в таинственные чертоги над серой мглой.

Покончив с этой суетой и дотошно удостоверившись, что округа не таит в себе никаких аномалий, Клейн мысленным импульсом заставил марионетку Людвилла отойти чуть в сторону. Благоразумно избегая прямого зрительного контакта, кукловод велел болванчику сорвать со своего лица ту самую серебристо-белую маску.

Густое, мертвенно-бледное свечение мгновенно вырвалось наружу. Впрочем, оно отнюдь не походило на тот ослепительный, первобытный всплеск, что Клейн наблюдал во время их минувшей дуэли. Свет накрыл лишь крошечный пятачок вокруг пирата, уподобившись тусклому пламени догорающей свечи.

Синхронно с этим густые джунгли вновь налились тем самым могильным холодом и свинцовым мраком, что успел рассеяться после отправки приемника над туманом. Более того, теперь в этой атмосфере явственно сквозила какая-то неподдающаяся описанию, первобытная жуть, бившая прямиком по рассудку.

Этот леденящий контраст мигом воскресил в памяти сыщика мрачные картины погостов и мифические байки о самом Подземном царстве.

Выждав несколько томительных секунд и убедившись, что никаких сокрушительных аномалий не предвидится, он дернул за ниточки второй марионетки. «Победитель» Энзо послушно обогнул «Адмирала Ада» и застыл прямо перед ним, принявшись скрупулезно, дюйм за дюймом разглядывать ту самую физиономию, что долгие годы скрывалась за куском металла.

Лицо пиратского владыки оказалось напрочь лишено плоти. Иссохшая, абсолютно бесцветная кожа намертво обтягивала голый череп, отливая пугающей, кристальной прозрачностью.

А прямо под этим «хрустальным» панцирем суетливо, нескончаемым потоком метались мириады немыслимых, призрачных теней. Они то сливались воедино с костью, то юркали в черепные швы, то и дело хищно проступая на оскаленных зубах.

Доведись Клейну узреть подобное уродство в первые месяцы после своего прибытия в этот мир, он бы стопроцентно поседел от ужаса. Вот только нынче, вдоволь насмотревшись на целые легионы самых гротескных, сорвавшихся в бездну безумия мутантов и тварей, юноша сохранил абсолютное, ледяное хладнокровие. Такими фокусами его рассудок было уже не пронять.

Проведя еще серию дотошных «тестов», сыщик окончательно раскусил истинную природу метаморфоз Людвилла.

И корни всей этой чертовщины уходили в саму специфику пятой Последовательности — «Привратника»:

Шагнув на этот рубеж, маг обретал власть обращать собственную плоть в надежную темницу, выковывая внутри себя персональное, карманное «Подземное царство». В этих застенках он мог беспрепятственно укрывать целые сонмы призраков, мертвецов и природных духов. Подобный симбиоз не только щедро одаривал носителя арсеналом диковинных паранормальных талантов, но и снабжал его свитой могущественных приспешников. И главное — отпадала всякая нужда таскать за собой вереницы нежити, привлекая к себе ненужное, кричащее внимание толпы.