— Тот самый «Ремесленник» умудрился подхватить какую-то диковинную хворь, а вдобавок вокруг него затесались весьма подозрительные соглядатаи. Из-за этой кутерьмы сроки и поползли. Я намерен лично наведаться к нему и посмотреть, удастся ли вырвать его из этой передряги. Как только он придет в норму, я приложу все усилия, чтобы твоя реликвия была выкована в ближайшие пару недель.

Элджер вещал с поистине обезоруживающей искренностью, всем своим видом выказывая глубочайшее сожаление и показывая, насколько важен для него этот заказ. Вот только между строк он виртуозно, без шума и пыли переложил всю вину на плечи бедолаги «Ремесленника». Казалось, он негласно телеграфирует «Миру»: если ты и впрямь в ярости, я с превеликим удовольствием преподам ему суровый урок. А коли и этого покажется мало — так и быть, солью точные координаты, дабы ты лично нанес ему визит вежливости.

«Значит, „Ремесленник“ вляпался в неприятности… А господин Повешенный, погляжу, трясется над ним как над зеницей ока. Впрочем, логично: подпольных мастеров, не брезгующих браться за мутные заказы сомнительного происхождения, днем с огнем не сыщешь. Раз уж подвернулся такой самородок, его нужно беречь пуще глаза…» — Клейн погрузился в секундные раздумья, после чего заставил своего болванчика хрипло проскрипеть:

— В этот раз я готов закрыть глаза на задержку. Но чтобы это было в последний раз.

Фраза была брошена с ледяным, пугающим равнодушием, отчего «Повешенный» Элджер невольно содрогнулся. Моряк нутром почуял ту клокочущую, первобытную жажду крови, что скрывалась за скупыми словами Германа Воробья.

— Премного благодарен за понимание, — с непоколебимой внешней сдержанностью отозвался Элджер.

Внимательно внимавшая их диалогу «Отшельник» Катлея бросила пронзительный взгляд на «Повешенного». Едва уловимо усмехнувшись и привычным жестом поправив очки, пиратка взяла инициативу в свои руки:

— Если эта беда окажется вам не по зубам, я вполне могу подсобить.

Пиратка резонно рассудила: если проблема выеденного яйца не стоит, она готова уладить её даже даром. В конце концов, подобный финт позволил бы ей изящно обойти посредничество «Повешенного» и навести прямые мосты с бесценным «Ремесленником».

«Повешенный» Элджер был отнюдь не дурак, чтобы не раскусить истинные, хищные мотивы этой пиратской владычицы. От неё так и разило властной агрессией, заставив моряка почувствовать весьма ощутимый, давящий прессинг. Выдержав микроскопическую паузу, он с ледяной невозмутимостью парировал:

— В таком случае, позвольте от его имени заранее поблагодарить вас за столь великодушный порыв.

Этим изящным ответом он, с одной стороны, жирно подчеркнул свою неразрывную, тесную связь с «Ремесленником», а с другой — благоразумно не стал рубить с плеча, оставив себе лазейку для отступления. Уж лучше пожертвовать крохами выгоды, нежели нарваться на кровавый гнев Германа Воробья.

«Отшельник» Катлея не стала дальше мусолить эту скользкую тему. Плавно переведя взгляд на «Мира» Германа Воробья, она осведомилась:

— Вас устроило то досье по Западному Баламу?

Пиратка собрала и скрупулезно структурировала запрошенные Германом Воробьем агентурные сводки еще в минувший четверг, благополучно переправив их через того самого до одури жуткого гонца.

Положа руку на сердце, она питала к господину Шуту столь первобытный, леденящий душу трепет, что предпочитала использовать любые иные каналы связи, лишь бы лишний раз не тревожить покой этой заоблачной сущности.

«Еще бы, содрала с меня целых три сотни фунтов! Окажись там откровенная халтура, я бы вернул товар прямо не отходя от кассы!» — мысленно проворчав, Клейн заставил марионетку глухо, коротко угукнуть, что послужило исчерпывающим ответом.

Вслед за этим тяжелый взгляд куклы переместился на мисс «Фокусника».

Форс мгновенно передернуло от дурного предчувствия. Почувствовав себя загнанной в угол мышью под прицелом кошачьих глаз, она принялась лихорадочно копаться в памяти, гадая, где опять успела напортачить.

«Неужто до него дошли мои сплетни… то бишь клевета на Дуэйна Дантеса, когда мы шушукались с Сио? А может, он бесится из-за того, что я так и не вернула ему сдачу?» Напрочь забыв о том, что контракт на охрану завершился уже добрую вечность назад, писательница с дрожью в голосе пролепетала:

— Господин Мир… Я могу вам чем-то помочь?

«Мир» Герман Воробей ответил скупым кивком:

— У меня есть поручение.

— Нужно выудить у семьи Авраам любые сведения о городе Кальдерон, что сокрыт в мире духов. В идеале — его точные координаты.

«Кальдерон… С какой стати господину Миру внезапно понадобился этот окутанный легендами призрачный град? Прямой наказ господина Шута? Очередной винтик в Его грандиозном плане пробуждения?» «Отшельник» Катлея, обладавшая весьма солидным багажом знаний об этом городе, на мгновение впала в легкое замешательство.