— Эти фанатики питают к Лоэну и лично к нам лютую, первобытную вражду. И они додумались перетащить часть своих экспериментов по созданию искусственного божества прямо сюда, в Баклунд! О да, вы всё поняли правильно: они рассуждали ровно в том же ключе, что и вы сейчас. Даже если таинство с треском провалится, у них останется железобетонный шанс нанести сокрушительный, фатальный удар по нашей столице, превратив Столицу Столиц в руины.

Леонард мигом вынырнул из своих грез. Переглянувшись с Бобом, Синди и остальными соратниками, он увидел в их глазах лишь зеркальное отражение собственных эмоций — неподдельный шок, густо замешанный на клокочущей ярости.

Соэст сухо, с нажимом постучал костяшками по столу, пресекая готовый вспыхнуть ропот.

Деликатно прочистив горло, он отчеканил:

— Наша текущая директива такова: опираясь на выуженные зацепки, мы выдвигаемся на Южный континент. Предстоит взять след ключевых фигур из фракции «искусственного бога Смерти», досконально прояснить, сколько еще их шестерок засело в Баклунде, а затем вырвать каждую из них с корнем.

— В этой мясорубке нам подсобит мадам Дейли. Церковь пошла на беспрецедентный шаг: ей выдадут эликсир авансом и помогут обустроить ритуал, дабы еще до отплытия она благополучно шагнула на ступень «Привратника».

— Вдобавок нас поддержит куратор Южного континента — старший дьякон, её милость «Око Богини» Илия. Вкупе с местными ячейками Ночных Ястребов они обеспечат нас нужными запечатанными артефактами и проведут предварительную разведку на местах.

— Дамы и господа, у вас есть ровно сутки на передышку и сборы. Отбываем завтра вечером.

— Слушаемся, капитан! — Боб, Синди и прочие оперативники, вскинувшись на ноги, ответили единым, чеканным хором.

Леонард тоже поднялся со своего места, однако не проронил ни звука. В его голове ослепительной вспышкой пронеслась лишь одна-единственная, спасительная мысль:

«Вот он — идеальный шанс выскользнуть из Баклунда и наглухо стряхнуть с себя удавку Амона!»

Едва переступив порог дома номер семь по улице Пинстер, Леонард намертво запер дверь и плотно задернул портьеры. Понизив голос до конспиративного шепота, он произнес:

— Старик, кажись, мы выкрутились.

— Сдается мне, заурядная ротация «Красных перчаток» по долгу службы не вызовет у Амона ни малейших подозрений?

В его разуме тот самый, слегка надтреснутый старческий голос с тяжеловесной расстановкой отозвался:

— Не вызовет.

Леонард без труда уловил, что интонации древнего ангела стали на порядок легче, лишившись былой свинцовой тяжести. Воодушевившись, поэт закинул удочку:

— Может, стоит черкнуть весточку Клейну Моретти? Предупредить, что мы покидаем Баклунд всерьез и надолго. Как-никак, именно он шепнул нам о прибытии Амона…

Паллес Сороастр, сохранив абсолютную невозмутимость, ответил:

— Пиши, если так приспичило.

Леонард с шумом выдохнул. Выудив чистый лист бумаги и вооружившись перьевой ручкой, он приступил к делу.

Повисев в раздумьях пару секунд, юноша твердой рукой вывел:

«У меня миссия, в скором времени покидаю Баклунд».

Бросив беглый взгляд на эту лаконичную, скупую строчку, Леонард отложил перо и сноровисто сложил пергамент.

Не теряя времени, он обустроил алтарь для призыва гонца. Затеплив свечу и сделав шаг назад, юноша глухим, вибрирующим баритоном зачитал на древнем гермесе:

— Я!

— Я взываю своим именем:

— Дух, блуждающий в небытии, дружелюбная тварь, покорная чужой воле, личный посланник Германа Воробья.

У-у-ух! Под сводами спальни внезапно загулял ветер, в мгновение ока переродившись в яростный, ревущий шквал.

Пламя свечи судорожно вздулось, налившись леденящей, мертвенной бледностью. Прямо из огня вынырнула ослепительно красивая, златовласая и красноглазая голова.

Леонард удивленно вскинул бровь. Он уже было приоткрыл рот, как вдруг с леденящим ужасом осознал: за этой головой не следовало никакой шеи! Тварь попросту держали за волосы!

Следом из пустоты бесшумно выскользнула Рейнетт Тинекер, облаченная в вычурное, мрачное платье. Четыре головы, которые она небрежно сжимала в руках, синхронно повернулись, вперив взор в Леонарда Митчелла, и поочередно разомкнули губы:

— Это… — Ты… — Желаешь… — Отправить письмо?

«А эта тварь из мира духов выглядит до одури сильной… Неужто это такие привилегии Клейн отхватил, примкнув к той тайной ложе?» — прокрутил в голове Леонард и, утвердительно кивнув, произнес:

— Верно.

Четыре головы, небрежно зажатые в руках Рейнетт Тинекер, вновь поочередно разомкнули губы:

— Ты… — Обязан… — Заплатить… — Одну… — Золотую монету.

«Золотую монету? С каких это пор гонцы из мира мистики работают по прейскуранту?» — поэт впал в легкий ступор. Решительно не понимая, как реагировать на подобный абсурд, он лишь послушно сунул руку в карман и выудил полновесный соверен.