«Проще говоря, стоит чужаку с порога отвалить тысячу двести шестьдесят фунтов за жилье, как местные тут же наклеят на него ярлык дешевого нувориша, алчущего пустить пыль в глаза… А для толстосума, отчаянно рвущегося в элитные эшелоны, подобная репутация — сродни черной метке…» — Клейн сделал изящный глоток чая и с легкой улыбкой осведомился:

«В таком случае, с какой стати вы вообще выложили на стол вариант с тридцать вторым домом?»

Вальтер ничуть не смутился. Отвесив выверенный, безукоризненный поклон, он изрек:

'Многоуважаемый сэр, я всего лишь дворецкий. В мои обязанности отнюдь не входит принятие решений за хозяина. Мой долг — предоставить вам исчерпывающую палитру достойных вариантов вкупе с дельными советами.

«Не ведая досконально о ваших истинных вкусах и пристрастиях, я был обязан обрисовать картину во всей ее полноте».

«Воистину, хватка подлинного профессионала… Держу пари, он всерьез опасался, что Дуэйн Дантес окажется тем самым крикливым нуворишем, жаждущим бросать деньги на ветер. Оттого и подкинул этот баснословный тридцать второй дом в качестве изящной наживки, дабы прощупать почву и уже отталкиваясь от этого выстраивать дальнейшую стратегию…» — Клейн издал тихий смешок и произнес:

'Тридцать второй номер благополучно вычеркиваем. Выбор сужается до двух оставшихся.

«Однако, прежде чем ударить по рукам, я имею привычку осматривать товар воочию. Выдвигаемся сразу после обеда».

«Слушаюсь, сэр», — Вальтер так и не вышел из своего сурового, чопорного образа.

…………

Южный район Баклундского моста. В недрах Церкви Урожая.

Эмлин Уайт методично натирал серебряный подсвечник, с головой погрузившись в раздумья о той самой зацепке, что подкинула мисс «Фокусник».

«Глубоко законспирированная сходка Потусторонних… Да это всё равно что иголку в стоге сена искать! Выйти на их след будет до одури тяжело, да и просочиться в их ряды в столь сжатые сроки мне явно не по зубам…» — поймав свое отражение в начищенном серебре, вампир критически оглядел себя и привычным, изящным жестом поправил прическу.

Отложив тряпку, он неспешно отступил к первому ряду скамей и вальяжно опустился на сиденье. Его расфокусированный взор безучастно скользил по фигуре епископа Утравски, который истово, с пугающей сосредоточенностью возносил молитвы пред священным алтарем.

Мысли в голове юноши сменяли одна другую, то и дело вспыхивая искрами дерзких гипотез, пока его цепкий ум внезапно не выхватил одну вопиющую деталь:

«С какой, спрашивается, стати на рынке так удачно, словно по волшебству, всплыла кукла, к которой фанатики „Первозданной Луны“ питают столь нездоровый, маниакальный интерес?»

«Лунная кукла… Лунная кукла… Разит откровенной, шитой белыми нитками наживкой. Неужто это капкан, искусно расставленный Русом Батори и его сворой?» — алые глаза Эмлина ослепительно блеснули, и он резко, словно от удара током, вскочил на ноги.

Рус Батори тоже носил титул барона рода Крови и принимал участие в их негласной охоте на сектантов. Эмлин резонно расценивал его как самого зубастого и опасного конкурента в этой гонке.

Чем дольше Эмлин обкатывал эту теорию, тем железобетоннее она казалась. Как-никак, этот самый Батори слыл заядлым барахольщиком, питающим нездоровую страсть ко всяким диковинным древностям и оккультному мусору с Южного континента!

Нервно нарезав пару кругов перед скамьями, вампир почувствовал, как уголки его губ неумолимо ползут вверх. Издав тихий, торжествующий смешок, он беззвучно пробормотал себе под нос:

'Пусть путь на эту тайную сходку мне заказан, и выйти на след Виндзор напрямую не выйдет. Зато я могу сесть на хвост Русу Батори! Устроить за ним плотную слежку, а в решающий миг выскочить из тени и пустить сектантов в расход прямо у него из-под носа!

'Ха-ха, до смерти хочу поглазеть на его вытянувшуюся от шока физиономию.

«Что ж, стоит признать: эта наводка мисс „Фокусника“ и впрямь отрабатывает каждую пенни из той сотни фунтов».

Пока Эмлин упивался этим пьянящим, бьющим через край предвкушением, отец Утравски благополучно завершил свой обряд. Исполинский священник подошел вплотную, смерил парня мягким взглядом сверху вниз и добродушно произнес:

'Истинная набожность кроется вовсе не в сладких речах, она обязана сквозить в каждом нашем, даже самом крошечном деянии. Увы, сегодня твой разум витал где-то в облаках.

«Будь добр, начисти подсвечники заново».

«Д-да, разумеется», — Эмлин внезапно почувствовал острый, жгучий укол нелепого стыда и торопливо закивал.

Лишь дождавшись, пока массивная спина пастора скроется за дверями исповедальни, вампир наконец-то стряхнул с себя это наваждение. Разрываясь между горькой досадой и искренним весельем, он сквозь зубы прошипел:

«Какого дьявола⁈ Я вообще ни капли не набожен, с какой стати мне демонстрировать тут какую-то праведность⁈»

…………