Животные инстинкты работали безупречно. Я вскарабкался по узловатому стволу старого дуба, растущего у стены гостевого крыла. Оттуда — расчетливый, мощный прыжок на каменный карниз. Пройтись по узкому парапету было делом техники. Спустя минуту я уже сидел на кованых перилах балкона, принадлежащего леди де Валери.

Дверь была приоткрыта. Я просунул морду в щель и увидел Кирию.

Она только что вошла в комнату. Вся ее напускная аристократическая невозмутимость слетела, как дешевая штукатурка. Она скинула туфли, раздраженно поморщилась, потирая виски, и недовольно поджала губы, бормоча себе под нос проклятия в адрес «отвратительных корсетов и чокнутых монархов».

Я тихонько мяукнул, обозначая свое присутствие.

Кирия резко обернулась и стоило ей увидеть меня, как грозовая туча на ее лице мгновенно рассеялась. Губы дрогнули, растягиваясь в невероятно нежной, искренней улыбке, от которой у меня что-то сжалось в груди.

«Ну конечно, — мысленно фыркнул я, усаживаясь у дверей балкона. — Котяру она, значит, обожает, а меня, стоит мне появиться рядом, готова одним взглядом испепелить на месте!»

— Васюша! — Кирия опустилась на колени прямо в своем пышном платье.

Она протянула руки, и я, не заставляя себя просить дважды, грациозно подошел к ней. Девушка подхватила меня и крепко прижала к груди. К той самой груди, которая так будоражила мое мужское воображение. Изящные пальцы ласково зарылись в шерсть, а аромат весенних цветов, исходящий от ее кожи, ударил в нос, дурманя разум.

— Я так рада, что ты пришел, — тяжело вздохнула она, наклоняясь и утыкаясь носом прямо между моих кошачьих ушей. Ее дыхание согревало. — С тобой сразу становится легче, — прошептала колючка, делая глубокий, прерывистый вдох. — Хоть какой-то лучик света в этом чертовом мире.

Я молчал, блаженно прищурив глаза и позволяя ей тискать себя. Наслаждался моментом. Если бы придворные увидели, как наследный принц мурлычет на руках у конкурсантки, половина из них слегла бы с инфарктом.

— Знал бы ты, как я хочу уехать отсюда, — вдруг тихо, но с такой отчаянной сталью в голосе произнесла Кирия.

Мои уши дернулись. Я мгновенно напрягся, превратившись в натянутую струну.

— И обязательно уеду! — продолжила колючка, поднимаясь на ноги и неся меня на руках по комнате. — Находиться в этом гадюшнике… — она остановилась посреди спальни и угрожающе прищурила свои невероятные глаза, — просто опасно для здоровья! Если бы не моя Тьма, то… — Кирия замолчала. Сделала тяжкий вздох.

Я замер, забыв, как дышать.

— … то не увиделись бы мы с тобой больше, Васюша, — закончила она шепотом. — Никогда.

Сказанные слова ударили по моему сознанию хлестче плети. Мозг, привыкший анализировать информацию со скоростью молнии, сложил мозаику. Значит, Кирия действительно была отравлена! И каким-то немыслимым, непостижимым чудом смогла подавить в себе яд! Хотя… почему непостижимым? Она только что сама сказала: «Если бы не моя Тьма…»

Мир для меня в эту секунду буквально перевернулся с ног на голову. Я смотрел на нее снизу вверх, широко распахнув глаза, и пребывал в таком шоке, что не описать словами.

Тьма… Ее Тьма, которая испокон веков считалась силой разрушения, гниения и смерти… может нейтрализовывать смертельные яды в крови?! Выжигать отраву, спасая носителя? Да это же… это беспрецедентно! Ни в одном трактате, ни в одной летописи Империи не было ничего подобного!

Пребывая в глубочайшем потрясении, я, как тряпичная кукла, висел у нее на руках, прижимаясь к мягкой груди. Даже не сопротивлялся, когда Кирия подошла к столу, открыла какую-то коробочку и начала кормить своего зубастого цветочного монстра кузнечиками. Кокоша радостно щелкала челюстями, с хрустом перемалывая насекомых, а у меня голова шла кругом.

Эта девушка… она просто невероятная. Скрытная, колючая, опасная и такая маняще-загадочная. Разве можно ее отпустить и позволить ей сбежать? Да ни за что на свете! Теперь она приковала мое внимание намертво!

Кирия снова зашагала по комнате, укачивая меня, словно ребенка. Мой разум лихорадочно работал, я был погружен в свои мысли.

— Ой, у тебя тут шерстка зацепилась… — услышал я краем уха ее нежный голос, прорывающийся сквозь мои стратегические размышления. — Сейчас, подожди. Больно, наверное.

Кирия подошла к кровати и аккуратно усадила меня на покрывало. Сама она наклонилась надо мной, ее лицо оказалось непростительно близко. Я почувствовал тепло ее пальцев, коснувшихся ошейника на моей шее.

— Бедненький, — проворковала колючка прямо у меня над ухом. — Хозяин твой — демонище! На черта он тебе эту тяжесть на шею нацепил? Живодер проклятый!

Я был настолько погружен в мысли о ее уникальной магии, что упустил этот критически важный момент. Позволил ей прикоснуться к запретному — ошейнику, на котором висел артефакт обратной трансформации.

Когда до меня дошел смысл ее действий, было уже слишком поздно. Я резко дернулся, попытавшись отстраниться, увернуться от ее заботливых рук.

И это стало фатальной ошибкой.