Его ледяной, дышащий первобытным величием облик вмиг заставил всю пьяную публику инстинктивно, словно по команде, прикусить языки. В зале вновь повисла звенящая тишина.

Трое мужчин и одна женщина за его спиной, облаченные в длинные плащи, даже не думали прятать револьверы. Казалось, малейший шорох — и они без раздумий изрешетят свинцом любого, кто осмелится дернуться.

«Впервые вижу. Ни в одной розыскной ориентировке не значились, ценников за их головы тоже нет…» — мысленно пробормотал Клейн, всем своим видом сохраняя статус безучастного зрителя.

Внезапно пятерка незваных гостей веером рассыпалась по залу. Приблизившись к разным столикам, они слегка склонились над посетителями и один за другим принялись чеканить один и тот же вопрос:

— Где «Серебряная Гадюка» Оделл?

Завсегдатаи еще только раздумывали, стоит ли откровенничать, как им в лица тут же уткнулись черные зияющие дула. Изящные револьверные рукояти из белой слоновой кости и эбенового дерева зловеще, но притягательно поблескивали в свете газовых рожков.

— О-они… они поднялись на второй этаж! — взятые на мушку выпивохи почти синхронно ткнули дрожащими пальцами в сторону лестницы.

«И впрямь у него на хвосте висят ищейки… Это выпад против „Королевы Мистики“, или „Серебряная Гадюка“ сам где-то крупно облажался? А может, весь сыр-бор из-за того загадочного типа в капюшоне, что без умолку грыз леденцы?» — Клейн сделал еще один глоток пива, безмолвно наблюдая, как четверо незваных гостей бросились вверх по ступеням, а пятый остался внизу, продолжая допрос.

Вскоре оставшийся сыщик без труда выудил информацию о том, что Оделл тряс билеты у Денила. Чеканным шагом подойдя к щуплому, смуглокожему теневому дельцу, он сурово осведомился:

— Выкладывай как на духу: куда именно Оделл взял билеты?

Денил благоразумно не стал козырять своими обширными связями и лезть на рожон. Выдавив из себя угодливую улыбку, он зачастил:

— Ничего конкретного не сказал. Заказал ровно десять штук, разбросанных по трем разным посудинам. Отплытие — завтра, конечная точка — порт Притц.

— Не врешь? — угрожающе навис над ним допрашивающий — молодой, дерзкий парень лет двадцати с небольшим.

Барыга робко, вполголоса отозвался:

— Спросите кого угодно в этом зале, здесь каждая собака это слышала.

— Дерьмо! — в сердцах выругался юнец. Грубо, с нескрываемой яростью оттолкнув Денила, он круто развернулся и зашагал к другим столикам.

Денил не удержал равновесие и попятился назад. Он уже готов был рухнуть, рискуя раскроить себе затылок о край круглого столика, как вдруг чья-то твердая рука намертво вцепилась ему в плечо, мгновенно вернув телу устойчивость.

На чистых инстинктах повернув голову, Денил с изумлением обнаружил, что его спасителем оказался тот самый клиент, заказавший фальшивые метрики и теневой билет.

— Премного благодарен… Проклятые армейские шакалы! — сперва выдохнул барыга слова признательности, а затем процедил сквозь стиснутые зубы.

Поддержал его, разумеется, сам Клейн. Сыщику совершенно не улыбалась перспектива, чтобы с его «турагентом» приключился какой-нибудь фатальный казус — как-никак, пять полновесных фунтов аванса были уже уплачены.

К тому же, мимоходом прийти на выручку невинной жертве было для него делом привычным, укоренившимся в самой натуре.

«Армейские шакалы? В Байаме такой эпитет — верный маркер цепных псов из МИ-9… И куда же умудрился вляпаться этот „Серебряная Гадюка“ Оделл?» — беззвучно размышлял Клейн, благоразумно отметая версию о том, что эта облава была направлена против самой «Королевы Мистики».

Ведь для лоэнской военной машины подобный маневр был бы попросту лишен малейшего смысла.

Пока эти мысли проносились в его голове, агенты МИ-9 пулей скатились со второго этажа. Устремившись прямиком к выходу, они на ходу бросили своему оставшемуся внизу соратнику:

— Ушли через окно, ублюдки!

Как внезапно эта братия ворвалась, так же стремительно она и испарилась. Бар почти мгновенно утонул в привычном, разгульном гомоне, и лишь сиротливо поскрипывающие, раскачивающиеся на петлях двери напоминали о недавней напряженной облаве.

Дождавшись, наконец, своих фальшивых документов и теневого билета, Клейн с облегчением выдохнул — угроза внезапного срыва планов миновала.

Отстегнув барыге оставшиеся пятнадцать фунтов, он покинул «Морские Водоросли» и направился обратно в свою заурядную гостиницу.

«Джон Йорд… Слишком уж простенькое и ленивое имечко, не находите? Перед возвращением в Баклунд придется озаботиться метриками поосновательнее», — бегло пролистав свежеиспеченные бумаги, сыщик небрежно бросил их в саквояж.

Приняв горячую ванну и смыв с себя дневную усталость, он мысленно приготовился к завтрашнему отбытию из Байама — финальному морскому броску в этом затянувшемся «путешествии».

И в этот самый миг тишину комнаты разорвал гулкий стук: тук-тук-тук!

«Кого там еще принесло?» Клейн торопливо скинул купальный халат, сноровисто натянул брюки с рубашкой и подошел к двери.