В ту же долю секунды его руку окутало ослепительное золотое сияние, а в бездонно-изумрудных глазах, унаследованных от Элен, хищно сверкнули две разящие молнии.

В дело вступили «Ползучий голод» и «Ментальный прокол»!

А тот самый трюк с кандалами был не чем иным, как «Смягчением костей» из арсенала «Фокусника» — талантом, к которому сыщик прибегал крайне редко!

Юноша загодя выстроил безупречный, жесткий план действий: дождаться шанса остаться с «Вице-адмиралом Болезнь» Трейси один на один, а затем броситься в кровавую, беспощадную схватку, не сдерживая ни единого удара.

Лишь при таком раскладе теплилась робкая надежда одолеть пиратскую владычицу, нанести ей критический урон и захватить в плен.

Впрочем, если взять её живьем не выйдет, смерть пиратки его совершенно не расстроит. В спиритизме над серой мглой сыщик поднаторел изрядно, так что нужные сведения он выпотрошит из неё в любом случае. А уж работорговка никаких крох жалости и милосердия явно не заслуживала!

Вдобавок, дабы не посыпаться на обыске и не вызвать подозрений, из всего своего арсенала Клейн прихватил лишь «Ползучий голод» — вещь, идеально поддающуюся маскировке. Все остальные мистические артефакты остались дожидаться его в таинственных чертогах над серой мглой. Учитывая, что действовать приходилось в самом сердце «Черной смерти», в окружении целой своры вражеских Потусторонних, исход дуэли должны были решить секунды!

К тому же, молниеносный натиск был единственным способом обойти пугающие таланты «Девы Болезней».

Ведь в схватке с этой бестией время работало против него: чем дольше длится бой, тем тяжелее становятся симптомы и тем смертоноснее зараза!

В то самое мгновение, когда усыпанный бриллиантами браслет соскользнул с запястья Трейси, а в изумрудных зрачках Клейна полыхнули разящие искры, ослепительно прекрасная «Вице-адмирал Болезнь» застыла в секундном ступоре, лишь на чистых инстинктах попытавшись отшатнуться назад.

Пиратка попросту отказывалась верить, что покорная Элен посмеет поднять на нее руку, и что в арсенале беглянки таятся столь чудовищная реакция и могущество.

Глава 582 Провокация

Трейси увидела, как в прекрасных, подобных изумрудам глазах «Элен» внезапно вспыхнули две ослепительно-серебристые молнии, полностью заполонив всё ее поле зрения.

Ее изящно очерченный подбородок резко вздернулся вверх, словно она готовилась исторгнуть душераздирающий вопль.

Однако пиратка лишь застыла на месте, после чего разлетелась вдребезги, подобно иллюзии. Стоящее в комнате ростовое зеркало с оглушительным треском раскололось, стремительно осыпавшись на пол сверкающей крошкой.

Магия подмены через зеркало!

Силуэт Трейси, облаченной в белоснежную сорочку, кремовые брюки и лакированные сапоги, соткался в углу по ту же сторону, где стояло зеркало. Не успела она даже перевести дух, как слух резанул тяжелый, гулкий топот. Рыжеволосая Элен, чьи юбки развевались позади, подобно неумолимой боевой колеснице неслась прямо на нее. Перчатка на левой руке нападающей отливала мертвенной бледностью с легким зеленоватым оттенком.

Клейн уже переключился на душу «Живого мертвеца». Его мышцы налились свинцовой твердостью, а физическая мощь многократно возросла.

Взметнув кружева на манжетах, он намертво сжал кулак и, подобно кузнечному молоту, обрушил его на «Вице-адмирала Болезнь».

Бам! Бам! Бам!

И пускай сыщик по-прежнему сохранял женственный облик, двигался он с первобытной яростью дикого зверя. Жесткие, безжалостные удары руками и ногами сыпались один за другим, заставляя Трейси уйти в глухую оборону. У нее банально не оставалось ни единой секунды, чтобы пустить в ход иные Потусторонние таланты.

Не будь фундаментом «Демонессы Боли» девятая Последовательность «Ассасин», наделяющая владелицу поистине немыслимым мастерством рукопашного боя и уклонения, этот шквал атак уже гарантированно нанес бы ей сокрушительный урон.

Бам! Бам! Бам!

Кулаки Клейна источали морозную дымку. Каждое соприкосновение заставляло «Деву Болезней» мелко содрогаться, а на ее коже стремительно нарастала ледяная корка.

Так проявлялась власть «Живого мертвеца» над стихией мороза!

Физически ощущая, как стынет в жилах кровь, Трейси отбросила колебания и намеренно приняла один из ударов на себя.

Ее побледневшие губы приоткрылись, исторгнув пронзительный, беззвучный визг.

Вслед за этим воплем из недр ее тела вырвался иллюзорный, призрачно-синий ореол. Всюду, где он прокатывался, пространство стремительно сковывало многослойным льдом.

За какие-то жалкие секунды они оба оказались заперты в эпицентре ледяного царства. Со всех сторон их обступили толстые, прозрачные глыбы льда, щедро припорошенные мягким белым инеем. И пускай противников разделяли считанные дюймы, чтобы добраться друг до друга, теперь требовалось проломить эту монолитную преграду.