– У неё, как я теперь понимаю, тоже дар, благодаря которому она и «находит выгодные контракты» для своего дома моды. Ну а наткнувшись на твою «пустоту», решила, что это я тебя прикрываю, и теперь думает, что может это воздействие перебить или шантажировать меня этим знанием.

– Выметайся из моей головы! – напряглась Адриенн. Лицо покраснело, вздулись вены на висках.

– Понятно, получила капельку сил и возомнила себя невесть кем, – вздохнул я. – У неё, кстати, ещё и диктофон в кармане, – отключённый мной в самом начале, но зачем говорить очевидное?

– Да, вижу, думала спровоцировать нас на что-то резкое и угрожающее, а потом добавить это к аргументам шантажа.

– Ну и родственнички у тебя… – протянул я.

– Адри всегда была сукой, – пожала плечами талантливая ученица лучшего телепата Земли.

– Вам… это так… с рук не сойдёт… – прохрипела наша жертва.

– О, неужели? – я подошёл к этой дамочке и вежливо сжал её горло. – Видишь ли, девочка, то, что я на публику весь такой филантроп, не означает, что я добрый, пускающий слюни идиот. Мне сойдёт с рук, даже если я сейчас вынесу тебя отсюда под взгляды сотни журналистов и публично сверну шею, – я чуть-чуть приподнял её — так, чтобы сестра Эммы засучила носками туфель по полу, безрезультатно цепляясь пальцами за моё запястье. – Ты даже представить себе не можешь, на каком уровне власти и незаменимости для планеты я нахожусь. Потому втянула язык в жопу и приготовилась слушать. Я внятен? – ещё чуть-чуть сжать пальцы…

– Тх… Д-да! – выдохнула она.

– Чудно, – ослабляю хватку. – Что там по остальным?

– Хм… – Эмма перевела взгляд на родственничков. – Корделия, как и я, сбежала из семьи — диктатура отца с гонором старшей сестры ей тоже не нравились. Впрочем, от денег она не отказывалась.

– Это было не очень вежливо, – поморщилась означенная Корделия, – хотя и понимаю твои резоны. Друзьями нам не стать, так что давай откровенно. Ты бросила нас с Крисом и куда-то смылась, Адри — сука, отец начал закручивать гайки так, что у всех глаза повылезали, ну а матери было на всё плевать — главное, чтобы соблюдались внешние приличия. Так что я, можно сказать, последовала твоему примеру и тоже смылась… Только…

– Небольшая капелька шантажа по принципу «давайте мне карманные, иначе я вынесу всё грязное бельё на люди», – продолжила за неё Эмма.

– Не одобряешь, – констатировала младшая из женской части Фростов.

– Нет, – согласилась с ней средняя, скрещивая руки на груди. – Понимать — понимаю, но не одобряю, – ну да, сама ведь она в схожей ситуации предпочла стать стриптизёршей, но не прибегать к столь сомнительным методам.

– М-м… Так что ты собираешься с нами делать? – стараясь не показать своего волнения, спросила Корделия.

– Ничего. Отец выделил тебе пожизненное индексируемое содержание в сто двадцать тысяч в год. Это больше, чем получают процентов девяносто населения страны. Оно у тебя и останется. Дополнительно от меня ты не получишь ни цента.

– Да я и не собиралась, – облегчённо выдохнула девушка, что, по всему виду, от ситуации так-то была зла, но облегчение оттого, что её не будут закапывать или оставлять ни с чем, тоже испытывала. – Кстати, – она покосилась на меня, – мистер фон Дум, вы, получается, тоже телепат?

– Нет. У меня другая сверхсила. Деньги и связи. Этого достаточно, чтобы иметь козыри в рукаве, – холодно ответил я. Странное дело — удовольствия от общения с этой девушкой я не то что совершенно не получал, мне было неприятно это общение, хотя, казалось бы, с такой смазливой мордашкой и ладной фигуркой младшая сестра моей любимой секретарши должна вызывать хоть малейшую симпатию. Однако нет. То ли я слишком близко к сердцу принял факт сложностей Эммы с семьёй, то ли вся атмосфера этой ситуации так накрутила, но даже с полным пониманием умом, что формально она ничего достойного порицания не сделала, мне было неприятно.

– Ну и Крис, – между тем повернулась к парню Эмма. – Мне… жаль.

– Да, мне тоже, – с печальной улыбкой ответил он. – Я всегда терялся на вашем фоне. Хотя сейчас стало как-то полегче.

– Адриенн тебя давила не только психологически, скажем так, – пояснила телепатка. – Больше не давит.

– Спасибо, – кивнул он и… внезапно вырубился.

– Эмма? – повернул я голову.

– Он всё-таки мой брат… и не самый плохой человек, просто… слабый. Как по талантам, так и по воле. С первым я ничего не сделаю, но вот избавить от зависимости и привить отвращение к наркотикам мне вполне по силам, – пояснила девушка, хотя, судя по мимике, которую я у неё уже неплохо изучил, она парню и на жизнь что-нибудь подкинет, скорее всего. Благородно, хотя, как по мне, этот Кристиан — сам кузнец своих проблем, но это решение Эммы по её семье, и так тому и быть. Кстати о семье.

– А с этой что? – я тряхнул всё ещё «нежно удерживаемую за горлышко» и уже начавшую немного синеть старшую.