— Есть кто живой? Здесь есть кто-нибудь?

Я хмурюсь, пока Дориан смотрит на меня.

— Ты слышала?

— Дориан, — говорю я и отпускаю его руку. Я бегу на звук. — Там выжившие! Быстрее!

Мы спешим дальше, проходя мимо разрушающихся амбаров и перевёрнутых в пыли телег. Повсюду смерть — в засохших лужах, разбросанных конечностях и сломанных спицах колёс. Наконец мы добираемся до бойни — сколоченной из сломанных досок, с висящими крюками и каплями тёмно-красного. Я переступаю через грубый кожаный фартук, пропитанный насквозь.

Мой желудок сжимается; я с трудом сглатываю.

— Этот город воняет старой мочой и чем-то похуже, — жизнерадостно объявляет Уэксмур, ни к кому конкретно не обращаясь. — Вполне подходящее место для смерти.

Я качаю головой при этой мысли.

Группа из четырёх выживших стоит в углу полуразрушенного здания. Они бледны, сжимают маленькие ножи и несколько пистолетов. Они стоят недвижимо, но их лица полны отчаяния.

Женщина выступает вперёд.

— Мы спасены! Мисс Элиза Тремейн, к вашим услугам, — она протягивает руку в перчатке. — Это местный кузнец, Калеб. — Она указывает на молодого парня. — Сын мясника, Бенджамина, а этого беднягу мы нашли всего несколько мгновений назад бродящим, его зовут Грегори, сын местного рыбака.

Она смотрит на группу сыщиков Боу-стрит за мной.

— Спасибо, — её голос дрожит, слёзы текут по щекам, — что пришли. Мы не думали, что кто-нибудь придёт.

— Пожалуйста, идите с нами, — я протягиваю ей руку и она берёт её. — Мы найдём вам что-нибудь тёплое, возможно, еду и воду.

— Вы так добры, миледи, хотя должна признаться, я никогда не видела Вас в Эшвуде прежде.

— Я Кэтрин Сторм, новая герцогиня Эшвудская.

Её глаза расширяются, она внезапно останавливается, торопливо приседая в реверансе.

— Ваша Светлость! О-о-о, примите мои глубочайшие извинения, я не знала!

— Не думайте об этом, — пожимаю я плечами.

В этот момент возвращается разведчик.

Мы останавливаемся, чтобы подождать, пока он движется вместе с колонной, а мы перемещаемся под полуразрушенное здание, чтобы отдохнуть и обсудить план.

— Что вы нашли? — спрашивает Габриэль.

— Милорд, — говорит он, запыхавшись, но удерживает лошадь на месте, пока та перебирает ногами, — у нас есть сведения. Наши разведчики обнаружили девять великанов, отдыхающих к западу отсюда. Один бодрствует — но остальные спят. — Он разворачивает лошадь, когда подъезжают ещё разведчики. — Великаны несут тяжёлые раны. У некоторых отсутствуют конечности. Похоже, город не только кричал, умирая. Они сопротивлялись.

Уэксмур садится на ящик, и Дориан занимает место рядом с ним.

— Возможно ли, что в их безумии есть какой-то порядок? — предполагает Габриэль.

Думая о сильных превращениях Дориана, я остаюсь на своём месте.

— Должна быть закономерность. Возможно, каждый раз, когда великан питается или получает серьёзный урон, он впадает в кататонический сон. Он спит, чтобы восстановиться — как герцог, когда он избит и сломлен. Они… исцеляются. — Я сжимаю кулаки. — Вот оно. Наш шанс. Город Уиндермир дал нам его.

Все мужчины поворачиваются и смотрят на меня.

— Мы выманиваем зверя, — продолжаю я. — И убиваем его, а тем временем узнаём всё, что можем, чтобы уничтожить его братьев. Мы находим его слабость. Это легче, чем встретиться со всеми девятью сразу.

Взгляды сыщиков обращаются ко мне.

Мужчины переглядываются и я вдыхаю холодный воздух сквозь стиснутые зубы.

— Они не боги. Они всего лишь плоть и кость, хоть и ужасающие.

С рукой на правом бедре я настаиваю:

— Если мы изолируем одного, мы выманим его, убьём, изучим. Это не все. Это всего лишь один.

Затем Габриэль кивает.

— Это может сработать. Если мы не разбудим его друзей.

Дориан наконец говорит:

— Её Светлость права. Великаны недалеко от Эшвуда. Сейчас наш шанс уничтожить их. Если они двинутся раньше нас, они смогут опустошить город к утру.

Габриэль смотрит вперёд, на тёмный горизонт. Его внимание ненадолго переходит на Дориана. Затем обратно на меня.

— Это должно сработать, иначе, признаюсь, я буду в ярости.

Дориан выдыхает.

— У меня есть запасной план на этот случай.

Габриэль поднимает бровь.

— Правда?

Я снова смотрю на Дориана. Его лицо твёрдое, как сталь. Я делаю шаг вперёд и кладу руку на его локоть.

— Я верю в Вашу гениальность, — мягко говорю я. — Что бы это ни было, это сработает.

Его пальцы сжимают мои.

— Сегодня ночью — должно.

Габриэль отдаёт приказы сыщикам Боу-стрит.

— Снайперов на гребень, — говорит он. — Команды с верёвками на восточный и южный фланги. Ловцы — мы поймаем великана.