Я старательно крутил копьём – что-то действительно понемногу получалось.

– Это хороший приём для тренировки скорости, – сказала Арна, наблюдая за мной. – Но не пытайся проделать это на зверях – крупные монстры довольно устойчивы к порезам. Их надо протыкать поглубже, ну или рубить вот прямо от всей души. Если случится драться с другим копейщиком или с сильным мечником, тоже не пытайся вертеть копьём. Там лучше ограничиться быстрыми лёгкими уколами.

Я бы предпочёл изучать приём, который можно использовать и на монстрах, но возражать не стал. Что я знаю о том, как надо обучать копейщика?

– А вот для мелких тварей это самый подходящий приём, – продолжала она. – Тех же змей бесполезно колоть, они очень быстрые и смогут легко уклониться. Зато режущим ударом ты сможешь достать сразу несколько. Кстати, о змеях – я думаю, что их надо навестить, а заодно и нож поискать, раз он такой ценный. У тебя неплохой прогресс, но ты, похоже, уже использовал всё, что вынес из нашего похода по шахте.

– Что-то не наблюдаю я особенного прогресса, – пожаловался я. – В смысле, если вообще говорить.

– Старайся, и всё получится, – это прозвучало, как разговор мамы с ребёнком, и мне стало неловко. – Но, вообще говоря, я прогресс вижу. Когда мы в первый раз делали пробежку, ты был едва живой, а сейчас уже не падаешь в конце.

– Первый раз было просто с непривычки, – возразил я. – А сейчас я немного втянулся.

– Это объяснение годится насчёт пробежки. Но я замечаю, что ты к тому же стал немного быстрее. А это уже нельзя объяснить тем, что ты просто втянулся.

– Точно стал быстрее? – недоверчиво переспросил я. – Ничего такого не замечал.

– Точно, – кивнула она. – Но знаешь, ты вообще очень изменился с момента нашей первой встречи. Там ты был совершенно неуклюжим, а уже в Мерадии стал выглядеть гораздо лучше.

– Ты из-за этого меня тогда в холопы записала?

– Из-за этого тоже, – она пожала плечами. – Не обижайся, но что я могла подумать? Первое впечатление таким и было, но я быстро поняла, что ошибалась. Ты очень сильно изменился и продолжаешь меняться. Сейчас тебя никто не принял бы за холопа, поверь. Сейчас ты справился бы с собой тогдашним вообще не напрягаясь – я достаточно точно могу оценить боевые возможности, просто глядя на то, как человек двигается. Не сомневайся – у тебя всё нормально получается.

– Я тогдашний был вообще слегка не в себе, – поморщился я вспоминая. – И совершенно не понимал, где я оказался. Этот мир всё-таки очень отличается от моего.

– А я твои рассказы о своём мире поначалу вообще воспринимала, как бред сумасшедшего, – призналась Арна с улыбкой. – Только недавно начала осознавать, что это всё правда. Знаешь, мне бы очень хотелось там побывать.

– Что для тебя может быть там интересного? – поразился я.

– Как что? Странный вопрос – что может быть интересного в удивительном мире волшебства, где даже светило летает по небу? Да там всё интересно! Секторали только с первого взгляда кажутся любопытными, а если присмотреться, то понимаешь, что они скучны и примитивны. То ли дело ваш мир – я даже представить себе не могу, как выглядел бы город, в котором живёт миллион человек. У меня сразу воображение отказывает. Слушай, Артём – а может, сводишь меня когда-нибудь к себе? Ну, когда станешь достаточно сильным?

Я только покрутил головой в немом изумлении. Удивительный мир волшебства? Это наша-то старушка Земля?

– Когда стану сильным, обязательно свожу, – улыбнувшись, пообещал я.

Глава 4

– До чего же хорошо с тобой переходить, Артём, – восхищённо сказала Арна. – Практически ничего не чувствуешь – раз, и там. Когда мы с мамой ездили в Дадон, проходили через несколько переходов, каждый раз с разными магиками. Так вот, с ними проходить было гораздо хуже, у меня каждый раз было такое чувство, будто меня выворачивает наизнанку.

– Ты же вроде и сама переходила, – напомнил я.

– Только раз, когда убегала из Коруса. Вот об этом даже вспоминать не хочется. Я там только чудом не умерла, сама не знаю, как сумела выбраться. Ни за что не рискну это повторить. Не понимаю, почему у тебя это получается так легко. Может, из-за того, что ты проходил между мирами? Приобрёл некое сродство с духовными планами или ещё что-нибудь такое?

– Не знаю, – пожал я плечами. – Ничего не могу сказать, сам я никакого сродства не ощущаю. Вот если выживу и стану учеником Дельгадо, он, возможно, станет отвечать на мои вопросы. Вот тогда и буду выяснять всё, что мне интересно – у меня этих вопросов скопилось уже порядка миллиона, наверное.

– Я верю в тебя, – серьёзно сказала Арна. – Ты выживешь и станешь магиком.