Мы практически целовались на кухне у моих родителей. Должно быть, она считает меня милым, чтобы делать это. Чтобы прижиматься ко мне всем телом, чтобы просунуть свой язык мне в рот, чтобы дергать меня за волосы, как будто моя голова была между ее ног.

Черт. Ситуация в моих штанах только ухудшается.

Саммер на матрасе стонет.

— Я не знаю, мам. Еще слишком рано. Тебе не нужно встречаться с ним.

Хотя, вероятно, было бы мудро, чтобы я еще не встречался с мамой Саммер, учитывая, что мы только впервые поцеловались, моя спина выпрямляется от негодования. Почему я не могу встретиться с ее мамой? Я отлично умею знакомиться с родителями, особенно с мамами. Она бы меня полюбила. К тому же, Саммер уже встречалась с моими родителями. Будет справедливо, если я встречусь с ее мамой, очарую ее и получу от нее обращение «зять» к концу вечера.

Может, если ее мама меня полюбит, то и Саммер тоже.

— Ладно. — Саммер вздыхает и включает громкую связь. — Я пришлю тебе фотографию.

— Пришли несколько! Пришли одну, где вы двое вместе. Я хочу посмотреть, какая вы милая пара! — На заднем плане слышен какофония звуков.

— Какого черта там происходит? — спрашивает Саммер.

— О, Адам просто играет на барабанах. Он репетирует к выступлению в субботу.

— Он еще и на барабанах играет? Чего он только не умеет?

Мама Саммер хихикает.

— Я рада сообщить, что нет ничего, чего бы этот мужчина не умел.

— Фу, мам, гадость.

На том конце провода мама Саммер визжит.

— Саммер! Он такой красивый! Представь, какие у вас будут дети!

Широкая улыбка расползается по моему лицу, даже когда Саммер вздыхает надо мной. У нас с Саммер были бы самые милые дети.

— Мам. Мы даже не встречаемся официально еще. Не надо свадебных колоколов и детских кроваток.

Моя следующая цель? Убедить Саммер согласиться на свадебные колокола и детские кроватки.

— Я думаю о бело-розовой тематике для свадьбы. Разве это не было бы красиво?

— Мне нужно спать, — говорит Саммер. — Мне рано вставать. Люблю тебя.

Как только она прощается с мамой, она снова погружает комнату в темноту и возвращается в кровать.

Черт. Сейчас она, наверное, ляжет спать. Я упустил свой шанс и слишком долго просидел под кроватью. Если я вылезу сейчас, я точно напугаю ее до смерти, и не в сексуальном смысле.

Почему ничто никогда не идет по плану?

Надо мной Саммер шевелится на матрасе, и я не уверен, что она делает, пока другой женский голос не нарушает тишину. Вскоре за ним следует голос, который говорит что-то вроде хорошая девочка.

Какого черта? Мой мозг перебирает возможности, пока не находит ответ.

Саммер слушает аудиокнигу. И судя по тому, что следует, она получает от этого огромное удовольствие.

Знаменитый вибратор.

Она хочет, чтобы я вылез из-под кровати, когда она будет на грани. Но как я узнаю, когда это произойдет, если не могу ее видеть, чувствовать? Что, если я вылезу слишком рано или, что еще хуже, слишком поздно?

Я видел, как она мастурбирует на камеру, только сегодня, так что у меня нет данных о том, сколько времени она обычно использует вибратор, прежде чем закончит.

Я не могу упустить свой шанс⁠…

Розовые трусики падают на пол. У меня текут слюнки.

Ее чертовы трусики. Те самые, что она надела сегодня, чтобы дразнить меня на камеру.

Неужели она уже знает, что я здесь? Может, она заметила меня, как только включила свет? Но как? Она бы обязательно как-то отреагировала на мужчину, прячущегося под ее кроватью — вздохнула, выругалась, закричала — даже если говорила ему, что это ее фантазия.

Нет, она не знает, что я здесь. Но узнает.

Я хватаю трусики с пола и умудряюсь перекатиться на спину. Постепенно я расстегиваю ширинку на джинсах, стараясь не издавать ни звука, хотя громкость ее аудиокниги и вибратора должна заглушить меня.

Отчаянно я оборачиваю ее трусики вокруг своего твердого члена. Я собираюсь оставить для нее два подарка сегодня вечером — один в ее трусиках, а другой на ее животе. Может, на ягодицах? На груди? На спине? Где она мне позволит.

Саммер издает низкий стон из глубины горла, и я сильно закусываю губу, чтобы не сделать то же самое, пока тащу шелковистую мягкую ткань ее трусик вниз по своему стволу. Я не долго продержусь с ней, издающей такие звуки. Не говоря уже о чувственной сцене, которую описывают актеры озвучки, заставляющей меня хотеть начать слушать ее любимые аудиокниги.

Знакомая щекотка щекочет нос. О нет. Только не сейчас.

Через маску я пытаюсь потереть нос, сжать переносицу, но ничего не помогает. Засунуть лицо в пыльный ковер под ее кроватью было слишком рискованно, даже с маской.

Я прижимаю руку ко рту и носу, но этого недостаточно, чтобы остановить чихание.

Каждая мышца моего тела замирает. Аудиокнига все еще играет, вибратор жужжит, но Саммер шевелится надо мной.

Черт. Черт, черт, черт⁠…

Она поймает меня здесь, прежде чем я смогу вылезти. Не так должна разворачиваться ее фантазия.