— Ты отличный художник. — Я киваю на блокнот, скрывающий ее искусство от меня. Я не могу представить, почему ей было бы стыдно показать мне свои наброски. Она невероятно талантлива. — Это то, чем ты должна заниматься. На полную ставку.

Хотя она была лучшей поддельной девушкой, о которой только можно мечтать, ничто не сравнится с ее искусством. Судя по выражению ее лица, когда она открыла дверь, она чувствует то же самое.

— Спасибо. Я... работаю над этим. — Она дарит мне застенчивую улыбку, прежде чем кивнуть на мою руку. — В любом случае. Что в сумках? И почему ты так вспотел?

Она склоняет голову набок, словно только сейчас заметила мой лоб.

Черт. Я снова вытираю лицо, и уголки ее губ приподнимаются в усмешке. Я ставлю сумки на ее кухонный стол и достаю содержимое.

— Отдел с тампонами невероятно пугает. Знаешь, сколько там токсичных ингредиентов? И это еще до того, как мы перейдем к таблицам размеров. Одна мама помогла мне выбрать варианты, как будто я ее дочь-подросток. Но вот выбор. Если ни один из них не подойдет, я могу вернуться.

Саммер изучает мои покупки, и на секунду я беспокоюсь, что она скажет, что я все испортил. Но затем ее взгляд встречается с моим.

— Откуда ты знаешь, что у меня месячные?

Черт.

Что, черт возьми, я делал? Мне следовало оставить эти подарки для нее как таинственный сталкер, а не как Ноа.

Ее сталкер подслушал ее разговор с Хейзел по телефону. Не я.

Черт, черт, черт⁠

— Э-э-э. — Я лихорадочно ищу хорошее оправдание. — Это... ежемесячное явление, не так ли? Я подумал, что принесу тебе припасы. На всякий случай, когда они понадобятся.

Она медленно кивает, все еще не глядя на меня. Я действительно все порчу. Она должна радоваться преследованию по обоюдному согласию, а не реагировать так, как сейчас.

Время заканчивать. Предполагая, что она не назовет меня психом и не закричит, чтобы я держался от нее подальше.

— И чтобы поблагодарить. — Словесный понос вырывается из моего рта. Я не мог остановить свой нервный поток, даже если бы Арес вошел в дверь и врезал мне. — За то, что ты такая отличная поддельная девушка. За то, что ты... это ты.

Просто засунь свою ногу в рот, Ноа. Это было бы продуктивнее.

Наконец, лицо Саммер озаряется яркой улыбкой, и ее взгляд снова встречается с моим. Блеск в этих круглых, карих глазах. Мое сердце замирает.

Прежде чем мы оба понимаем, что происходит, она бросается мне на шею и целует меня.

Глава 15

САММЕР

У Ноа самые мягкие губы в истории человечества. Пухлые и идеальные.

Он также мой сталкер. Я уверена в этом теперь.

Он вломился в мою квартиру, чтобы убраться и снять ролик. Его попытку, по крайней мере. Он спрятался где-то, пока я разговаривала по телефону с Хейзел, а после того, как услышал мое небрежное замечание о месячных, принес мне все необходимые принадлежности.

Может, он действительно помнит мое пьяное признание той ночью, когда мы встретились, несмотря на то, что сначала забыл, кто я и что случилось той ночью, и свое обещание вернуться, чтобы убрать ванную.

Я не знаю, и, честно говоря, мне все равно. В этот момент мне все равно на все, кроме его вкуса.

Я целую его. Я целую Ноа Синклера. И, боже, это лучше, чем я могла себе представить.

Это наш первый поцелуй, и все же он каким-то образом знает, как меня целовать. Его губы сначала нежны, исследуют.

Пока не становятся ненасытными. Его губы чуть приоткрываются, ровно настолько, чтобы издать тихий стон.

И это развязывает меня полностью.

Я прижимаюсь всем телом к нему, крепче обхватываю руками его шею. Я не могу подобраться достаточно близко. Не могу насытиться им.

Когда его язык медленно скользит по моей нижней губе, мои колени слабеют.

Он подхватывает меня, руки на моей спине притягивают ближе, держат крепче. Я не могу сдержать всхлип, который превращается в стон.

Как только мой рот открывается, он пользуется шансом, проскальзывая языком между моими губами.

О боже мой. Где этот мужчина был всю мою жизнь?

Ноа не осуждает меня за желание иметь сталкера. Он не осуждает мое искусство. Он посылает подарки моему ежику. Он поощряет мои хобби. Он целуется, как бог.

Но он все еще мой клиент. И это совершенно неуместно.

Я отстраняюсь, прерывая поцелуй.

Мое сердце колотится. В тишине мы смотрим друг на друга, задыхаясь. Я бы хотела прочитать его мысли, но что-то подсказывает мне, что он разрывается между желанием принять конец поцелуя и желанием притянуть меня обратно.

Наконец, я выпаливаю:

— Извини. Я знаю, что это поддельные отношения. Это было непрофессионально с моей стороны⁠…

Я не успеваю закончить извинения, как Ноа притягивает меня обратно.

Его губы на моих, на этот раз горячие и настойчивые. Он больше не ласкает нежно мои губы и не вводит язык мягко. На этот раз он пожирает меня.

Зубы захватывают мою нижнюю губу, сосут, тянут. Языки сплетаются, из наших глоток вырываются стоны⁠…