Родион резко отворачивается и начинает застёгивать манжеты рубашки. Его движения точные, быстрые, но я вижу, как на мгновение он замирает, когда приходится задействовать раненое плечо. Боль отражается на лице, но он лишь сильнее сжимает челюсти.

- Мне нужно идти. Рита, распорядись насчёт машины.

- Подожди. Куда ты собрался? Результаты МРТ ещё не пришли. Игорь должен принести снимки. Ты понимаешь, что при аварии на такой скорости возможен отёк мозга, который проявится не сразу?

Родион медленно поворачивается ко мне. И я вижу не мужа, а офицера, который привык, что его приказы выполняются беспрекословно.

- Я ценю твоё мнение, но сейчас у меня нет времени сидеть тут. Мне необходимо быть на месте, чтобы доложить лично генералу.

- Ты ранен! Одна ночь в больнице ничего не решит. Дождись заключения хирурга. Это моя больница, и я несу за тебя ответственность.

- Дорогая, ценю твою заботу, но отойди от двери.

Он не толкает меня, нет. Он просто давит своей массой, своей уверенностью, заставляя меня чувствовать себя маленькой и глупой девочкой, которая мешает взрослым делать важные дела.

- Почему ты так спешишь? Бежишь отсюда так, будто за тобой гонятся. Что ты скрываешь, Родион?

Знакомство с героями

Родион Верещак 38 лет

Аглая Верещак 31 год

Глава 3

Муж делает медленный, глубокий вдох, расправляя плечи. Его взгляд, холодный, лишённый всяких эмоций, проходится по моему лицу, задерживаясь на губах.

- Аглая, ты слышишь себя? - Его голос звучит пугающе тихо. - Ничего я не скрываю, а просто выполняю долг. Моя спешка обусловлена не страхом, а субординацией. Если я не явлюсь с докладом в ближайший час, последствия коснутся не только меня, но и всей группы. Посмотри на меня. Мне сейчас не до скандалов. Я жив, я здесь, с тобой. Этого мало?

- Конечно, нет. Я рада, что живой.

- Тогда успокойся и перестань хотя бы на минуту видеть во мне врага. - Его челюсть напрягается, но тон по-прежнему остаётся обманчиво мягким. - Я всё объясню. Но не здесь и не сейчас. Мне нужно вернуться в штаб, доложить обо всём, закрыть вопрос. Вместо того чтобы поддержать меня после аварии, ты с порога устраиваешь допрос. Очень вовремя, Аглая.

- А должно быть иначе?

- Да, если бы ты хоть раз подумала не только о себе. Мне сейчас нужен покой, а не жена, которая добивает меня в палате больницы.

- Ну конечно, тебе проще сделать из меня виноватого, чем признать, что ты просто ревнуешь и теряешь контроль.

- Не заставляй меня оправдываться за то, чего не было, только потому, что тебе так проще объяснить собственный страх.

Я смотрю на него и почти ненавижу себя за то, что этот голос всё ещё действует. За то, что где-то глубоко внутри мне всё ещё хочется поверить. Спросить, сильно ли болит плечо. Сделать вид, что ничего не происходит.

Но рядом с ним стоит она.

- Ему нельзя сейчас нервничать. - Внезапно вмешивается Рита. У него после аварии давление зашкаливает, я видела показатели. Вы же врач. Неужели ваше уязвлённое самолюбие важнее его здоровья? Не давите на него сейчас, он едва на ногах держится.

Почему она вообще вмешивается? Откуда в её голосе столько заботы и уверенности в том, что Родиону сейчас нужно, а что нет? Она защищает его от меня так рьяно, словно имеет на это полное право. С каких пор она решает, когда мне можно на него «давить», а когда нет? Я слышу заботу в её голосе и мои сомнения только усиливаются.

Не верю я им. Но Родион не признаётся ни в чём.

- Я сама разберусь, что важно для моего мужа. - Грубо отвечаю, чувствуя, как внутри закипает ярость. - Вы вообще здесь не должны находиться.

Майорша даже не шелохнётся. Она лишь едва заметно вскидывает бровь и переводит взгляд на Родиона, безмолвно спрашивая разрешения остаться.

- Аглая, Рита права. Прекрати этот допрос. Она заботится о деле и о моей дееспособности, пока ты допрашиваешь меня, обвиняя в том, чего я не делал. Ты ведёшь себя… недостойно.

- Недостойно? Родион, тебя привезли в три часа ночи, после аварии, о которой я узнаю случайно, и говоришь мне о достоинстве?

- Довольно. Рита, иди. Я догоню через пять минут.

- Но Родион Викторович...

- Это приказ, Майор.

- Как скажете, полковник.

Майорша кивает, бросает на меня ещё один колкий взгляд и направляется к выходу. Проходя мимо, она задевает моё плечо - нарочно, едва ощутимо, но это движение пропитано превосходством, что я едва сдерживаюсь, чтобы не схватить её за локоть.

Когда дверь за ней закрывается, Родион тяжело опускается обратно на кушетку.

- Аглая, вот что ты творишь. За десять минут ты выжила из меня все соки.

- А что я должна была подумать, увидев тебя с другой.

- Ты должна мне доверять. Я хотя бы раз дал тебе повод сомневаться во мне?

Если так подумать, то он прав.

- Нет, я тебе доверяла до сегодняшнего дня.

- Аглая, ну что ты как маленькая? Мы приедем домой, я приму душ, и мы спокойно всё обсудим. Ты просто устала, вот и мерещится всякое. Не злись, котёнок.