Что мы, черт возьми, делаем?

Нет, серьезно, это было так незрело и, честно говоря, довольно глупо. Он потратил более двухсот долларов на это.

— Ладно, я отправлю это, но я все равно выясню, что происходит... — Она замолчала, когда я схватил тарелку. — Уэсли?

— Не это, — пробормотал я, убирая тарелку в сторону и поворачиваясь обратно к кухне.

Я не стал просить ничьей помощи, я просто подошел к холодильнику сам, достал выдержанный рибай, который мариновался. Затем взял красное вино, белый лук, лук-шалот, грибы и сливки с полок.

— Вам что-нибудь нужно, шеф? — Джой, восемнадцати лет, самая младшая и новейшая в моей кухне, была похожа на взволнованного маленького щенка, появляясь рядом со мной при любой возможности. — Я вымыла все овощи и почистила креветки, шеф.

— Хочешь, чтобы я дал тебе медаль? — спросил я ее.

Ее карие глаза расширились. — Нет, шеф. Я только хотела сказать...

Обойдя ее, я вернулся к плите, взял сковороду и включил огонь на минимум. Быстро нарезав белый лук, я отправил его в сотейник. Затем обжарил лук-шалот на среднем огне до мягкости, добавив грибы только тогда, когда шалот подрумянился. Раздавив черный перец над вином, я подождал секунду, наклонил сковороду в сторону и медленно влил вино.

— Сливки — это нагреть масло и молоко и... желток?

Когда я поднял глаза, я заметил, что около половины персонала теперь столпились, приклеившись взглядом к сковороде. Можно было подумать, что у них нет заказов, на которых нужно сосредоточиться.

— Правильно, но я использую только половину яичного желтка и жду две минуты после того, как он закипит на медленном огне, — наконец ответил я, вытирая руки, прежде чем подойти к стейку и разрезать верхние слои, прежде чем обжарить его отдельно. Пока он жарился, я вмешал сливки в соус, прежде чем добавить щепотку соли.

— Тарелку.

— Круглую или плоскую? — спросила Джой, уже держа их, вызвав смех у нескольких других, включая меня, когда я перевернул стейк на другую сторону.

Взяв у нее плоскую тарелку, я налил немного соуса, чтобы покрыть дно. Подождав еще две минуты, прежде чем вынуть стейк, я выложил его идеально, затем полил остатками соуса.

— Рибай с грибным соусом «О-Пуавр», — просто сказал я им, вытирая края тарелки. Катрина, которая держалась позади, пока я готовил, шагнула вперед, протягивая руку, чтобы взять у меня тарелку. — Я отнесу сам.

Мне нужно было просто покончить с этим.

Сняв фартук, я вышел обратно через серебряные двойные двери. Место было даже более заполнено, чем в день открытия. Отзывы были хорошими, ну, чертовски блестящими, так что этого следовало ожидать.

Мы закончили. Все кончено. Ничего больше. — Я наставлял себя, наконец подходя к его столику. Он сидел в сером джемпере поверх темно-синей рубашки и галстука, в темных джинсах и очках. Гребанных очках.

Боже мой. Черт! Я чувствовал, что уже начинаю возбуждаться. В одно мгновение я подумал обо всех способах, которыми я...

— Рибай с грибным соусом «О-Пуавр», — повторил я, ставя тарелку перед ним.

Он взглянул на нее, затем на меня, уголки его губ изогнулись в дьявольской улыбке.

— Я ожидал на этот раз тарелку гороха, — сказал он.

— Что ж, это называется «Выбор шефа» не просто так.

— Спасибо...

— Не надо, — перебил я его. — Это все, Макс. Просто...

— Уйти? — спросил он небрежно, снимая очки и кладя их в центр стола рядом с солью и перцем. Садясь прямо, он посмотрел мне прямо в глаза и кивнул. — Хорошо. Если ты действительно этого хочешь. Я уйду. Не потому, что хочу. Не потому, что у меня нет к тебе чувств, а потому, что ты действительно никогда не захочешь меня видеть. Если тебе нужно время, я могу дать тебе время, просто скажи это. Но не говори мне уходить, Уэс, если только ты никогда не захочешь меня видеть. Я здесь. Я опоздал, прошло много времени. Но я здесь ради тебя, потому что сейчас ты и Джейн — единственные люди, которые имеют значение.

Джейн.

Мне потребовались все силы, чтобы не думать о ней тоже. Я не хотел думать или вспоминать, я просто хотел готовить и двигаться дальше.

— Хм, — простонал он, откусив кусочек. — Твоя еда потрясающая, как всегда.

— Кроме случаев, когда я добавляю слишком много воображаемой соли? — Я застал себя на улыбке, хотя не хотел.

— Что случилось с принципом «клиент всегда прав»?

— Это американская философия. Здесь, если тебе не нравится, проваливай.

Он усмехнулся. — Ну, спасибо еще раз. Прими мои комплименты, шеф.

Развернувшись, я не успел сделать и шагу, как он окликнул меня.

— Уэс.

Остановившись, я закрыл глаза, вдохнул один раз и повернулся к нему. Он не поднял на меня глаз, нарезая стейк.

— Я остановился в Carlton.

— И что мне делать с этой информацией?