Я не знал, что сказать. Я делал все возможное, чтобы избегать трагедий. Такие вещи случались в новостях и не были моей проблемой. Меня это не касалось. Но я знал Алиссу, даже мельком, и знание того, что один человек разрушил не только ее, но и всех вокруг нее, посылало дрожь по моему позвоночнику.

Какой-то день рождения.

---

Потребовался час, прежде чем она смогла добраться до машины.

Однако она не издала ни звука всю дорогу, и я чувствовал себя слишком виноватым, чтобы тоже что-то сказать.

Вина и стыд висели на мне, как пальто.

Я ничего не сделал с Арчибальдом. Я не уверен, что мог бы что-то сделать, но я чувствовал, что должен был сделать больше, и теперь шестнадцатилетняя девочка была мертва. Она плакала в моем доме. Просила о помощи в моем доме... а я, думая, надеясь, что ее родители сделают достаточно, даже зная, что они взяли деньги, просто выкинул ее из головы. У меня пересохло в горле.

— Макс, — позвал меня Уэс. Моргнув, я отвел взгляд от окна к нему.

— Мы приехали.

Взглянув на дом, я убедился, что мы вернулись. Прежде чем я успел ответить, Джейн уже открыла раздвижную дверь фургона, вышла и начала молча возиться с ремнем безопасности Мэсли. Мэсли чихнула от холода, когда Джейн застегнула ее куртку до шеи.

— Джейн, я возьму ее, — сказал Уэс, открывая дверь с противоположной стороны, его руки нависали над ее дрожащими. — Я возьму ее, передохни.

Она выдохнула, и воздух был таким холодным, что я видел его, прежде чем провести рукой по волосам и отступить, чтобы он мог взять ее. Выйдя из машины, я просто взял ее за руку. Она взглянула на меня, сжимая мою руку.

Роджер открыл дверь, прежде чем мы успели отойти от фургона.

— Добро пожаловать обратно, сэр.

— Спасибо, моя мать здесь? — спросил я, ожидая у двери, пока Уэс входил, а Мэсли висела на нем, как обезьянка.

— Да, она в кабинете на деловом звонке и просила не беспокоить. Мисс Джейн, мамы Уэсли на кухне с вашей гостьей.

— У тебя гостья? — с любопытством спросил я.

Голова Джейн дернулась, ее брови сошлись вместе, и она покачала головой, глядя в сторону кухни. — Никто не говорил мне, что они придут, и это не может быть Мэри, она в Техасе с родителями Энди.

— Я уложу ее, — сказал нам Уэс, уже поднимаясь по лестнице.

Я кивнул, затем отпустил руку Джейн, снимая шарф и направляясь на кухню. Я знал, что она следует за мной, но я оставался перед ней. Я понятия не имел, кто это был, и знал, что Роджер не впустил бы их, если бы считал, что это угроза.

Гостиная была пуста, но я отчетливо слышал смех, доносящийся из кухни. Войдя внутрь, у кухонного островка лежала вся еда, которую Уэсли приготовил на день рождения Джейн, частично съеденная. Его мамы смеялись, поедая торт Джейн, а на стуле, спиной к нам, сидела женщина с короткими светлыми волосами.

— Привет? — сказала Джейн раньше меня. Женщина резко повернула голову, вилка и белый торт уже были у губ, ее голубые глаза были раздражены и выглядели так, будто она только что плакала.

— Извините, Роджер сказал, что вы здесь ради меня? — спросила Джейн, когда я начал вспоминать, откуда я ее знаю. Когда она потерла щеку, и я увидел родинку прямо под левым глазом, я вспомнил мгновенно.

— Ты племянница Арчибальда. Что ты здесь делаешь? — Сказал я в недоумении, но она, должно быть, прочитала это как гнев, быстро вставая, роняя вилку, опуская голову.

— Извините, что пришла вот так, я просто... — Она замолчала.

Джейн положила руку мне на плечо, затем шагнула передо мной, ближе к ней. — Ты пришла ко мне, да? Ты в порядке?

— Да. — Сказала она, хотя качала головой. — Алисса была моей лучшей подругой... она... у... умерла сегодня. — Она прикусила губу, борясь со слезами, которые уже текли из ее глаз. — Она умерла... и я знаю почему... и... я... она сказала, что ты помогла ей раньше... поэтому... я подумала... я не знаю, что я подумала, я просто не хочу... я хочу, чтобы люди помнили Алиссу.

— Эй. Эй, дыши. — Джейн обняла ее, когда бедная девушка сломалась под тяжестью своих рыданий.

— Что происходит? — Уэс подошел ко мне сзади, шепча.

Отвернувшись от девушки, я вздохнул, глядя ему в глаза. — Племянница Арчибальда. Она была лучшей подругой Алиссы Дейнс. Я думаю, она сбежала, когда узнала, что случилось.

Его рот открылся, будто он хотел что-то сказать, но передумал.

— Я позвоню, — сказал я, уходя, он не пошевелился, и эхо слез, звучавшее в моих ушах, делало каждый шаг тяжелее, когда я шел в кабинет.

Открыв дверь, я увидел мать, прислонившуюся к моему столу с бокалом бренди в руках. Она смотрела в окно, пока наконец не заметила меня.

— Ты выглядишь как дерьмо. — Улыбнулась она.

— И ты тоже будешь, если продолжишь пить. — Улыбнулся я, садясь на стол рядом с ней.