Планировали? Они, блядь, это спланировали? Я сжимаю руки так, что костяшки пальцев белеют, а ногти больно впиваются в ладони. Я гребаная пешка, средство для достижения цели. Матка для вынашивания следующего наследника и запасного. Я думала, что Луис испытывает ко мне искреннюю привязанность. Может, мы и не мечта юных влюбленных, но это нормально в тех кругах, в которых мы вращаемся. Как и мои братья, я надеялась, что то, что начинается как договоренность, может перерасти в нечто большее.

За исключением того, что этого никогда не будет. Этого не может быть. Луис гей.

Однако Джайлс прав насчет того, как это будет воспринято. Это вызовет скандал, который будет ощущаться долгие годы.

Как бы я ни была взбешена тем, как Луис использовал меня, я не могу поступить так с его семьей. Я не буду. Я роялист и верна своей стране. Одно я точно знаю: сейчас я не могу выйти замуж за Луиса.

Колеса начинают вращаться, мой разум лихорадочно соображает, как мне выйти из этого брака, не делясь тем, что я знаю. Каждый путь ведет в тупик. Есть только одна вещь, которую я могу сделать, но это будет означать, что волнения будут ощущаться в моей собственной семье, а не в семье Луиса. Но моя семья гораздо более склонна простить меня, чем Луиса.

Давайте внесем ясность. Я делаю это не ради него. Он засранец, и однажды я расскажу ему все, что знаю.

Этот день не сегодня.

— Нам нужно идти.

До меня доносится звук закрывающейся двери. Я заглядываю в щель в шкафу. Пусто. Они ушли. Я выскальзываю наружу и лезу в сумочку за телефоном.

Есть только один человек, к которому я могу обратиться, один человек, достаточно сумасшедший, чтобы помочь мне, зная, какая бомба взорвется.

Я набираю номер. Нас соединяют после третьего звонка.

— Донован, — выпаливаю я. — Ты мне нужен. Ты должен помочь мне сбежать.

Бонусный эпилог

Тобиас

Стайка восторженных детей сидит, скрестив ноги, на ковре, локти уперты в колени, их взгляды сияют, пока моя жена читает им вслух. Одно дело гордиться собственными достижениями, но совсем другое, когда они принадлежат женщине, которую я люблю.

Тепло расцветает в моей груди, тихая, набухающая гордость переполняет меня. Она невероятно усердно работала над рассказом и иллюстрациями, отказавшись принять мое предложение познакомить ее с редакторами ведущих издательств Великобритании. Моя Рен упряма и горда, она полна решимости добиться успеха самостоятельно.

И она это сделала.

Год назад она подписала контракт на выпуск трех книг со своим любимым издателем, а в прошлом месяце вышла ее первая книга, сразу попавшая на вершину чартов детских книг. Она совершила неустанное маркетинговое турне по стране, и это ее конечная остановка — начальная школа в тридцати минутах езды от Оукли.

Как хорошо быть дома. Путешествовать с места на место и останавливаться в отелях с младенцем и энергичным шестилетним ребенком было нелегко, но в то же время это доставляло огромное удовольствие. Часть меня сожалеет, что все закончилось.

Лучезарная улыбка Айлы не угасает с тех пор, как она заняла свое место в самом первом ряду, несмотря на то, что знает эту историю вдоль и поперек. Она никогда не устает ее слышать, ее гордость за свою мать равна моей собственной.

София, наша шестимесячная дочь, слишком мала, чтобы понять гениальность своей матери, но она поймет, когда станет старше. Если я не позабочусь об этом, это сделает Айла.

Ребекка заканчивает чтение, и дети разражаются аплодисментами, толпясь вокруг нее для объятий и поцелуев, а их родители делают снимки для семейного альбома. Наши взгляды встречаются через всю комнату, и ее губы растягиваются в легкой улыбке. Я прижимаю руку к груди, прямо над сердцем, затем посылаю ей воздушный поцелуй.

Моя жена. Я не могу гордиться больше.

После того, как родители забрали своих подопечных, я неторопливо подхожу и касаюсь губами ее губ. — Ты справилась потрясающе.

Она на секунду прижимается ко мне, тихий вздох поднимает ее грудь. — Я не буду лгать. Я рада, что это последняя остановка.

— Это был долгий тур.

Айла втиснулась между нами, обеими руками обнимая Ребекку за талию. — Ты так хорошо справилась, мама.

Ребекка поднимает ее, хотя я не уверен, сколько еще она сможет это делать. За последние пару месяцев Айла пережила своего рода скачок роста, и ей уже исполнилось семь лет.

— Рада, что моя главная заступница сидела на самом первом ряду.

— Готова ехать домой? — Спрашиваю я.

— Боже, да.

Роуз, наша няня, ждет в приемной, раскачивая коляску Софии взад-вперед. Ни Ребекка, ни я не предполагали, что нам понадобится няня, но когда подошел черед книжного тура, либо няня, либо мне пришлось бы остаться в Оукли с Айлой и Софией, оставив Ребекку проводить тур в одиночку.

Этого не произойдет.