Я очень любила Оскара, но никогда не была ни слишком навязчивой, ни капризной. Зарабатывала сама на работе, которая многими считалась мужской. У нас имелась куча совместных увлечений, и я всегда готова была разделять его интересы. Я даже знала имя каждого гонщика «Формулы-1» и смотрела заезды с азартом, который он обожал.

Возможно ли, что он сравнит меня с другими, и желание искать что-то на стороне пропадёт само собой?

— Почему ты так? Это только одна сигарета, — услышала я женский хрипловатый голос рядом с рестораном. Тон был сексуальным, немного протяжным. — Ты знаешь, кому я отказала, чтобы прийти сюда с тобой? У меня могла бы быть съёмка…

— Я не просил тебя об этом. Ты сказала, что свободна, — услышала я в ответ. Голос звучал спокойно, почти равнодушно.

— Я бросаю, это очень тяжело. Вернись в зал, я приду через пять минут. Только одна сигарета…

Я поняла, что узнаю этот голос — это была та самая пара… Инвестор и модель, на которых пялились и Риота, и Оскар.

— Джин, — голос девушки стал милым. Подойдя ближе, я увидела, как она держит его за руку, глядя снизу вверх. Её лицо было идеально пропорциональным, пухлые губы чуть приоткрыты, длинные ресницы несколько раз медленно хлопнули.

— Делай что хочешь. Одна сигарета — и о продолжении можешь забыть. Как и о нашей поездке во Французскую Полинезию, — он заметил меня и оглянулся, только сейчас осознав, что их могут слышать посторонние.

— С ума сошёл? Мы вместе уже месяц! Это просто одна сигарета, но ради тебя… хорошо, я откажусь. Я редко ради кого-то иду на такие жертвы…

Девушка тоже заметила меня и замолчала, тут же прижавшись к своему спутнику. Оба выглядели так, будто должны находиться на огромных неоновых вывесках, а не в одном ресторане со мной.

— Извините, — я быстро прошла мимо, открывая дверь. Меня обдало запахом мужского одеколона — самого вкусного из всех, что я чувствовала в жизни. Захотелось остановиться и жадно вдыхать его полной грудью…

Спросить название, чтобы купить такой же в подарок Оскару.

Стиснув зубы, я резко вошла внутрь и услышала окончание их разговора.

— Мы не вместе, Хару. Между нами нет никаких обязательств, и мы сразу об этом договорились.

Ещё один любитель множества вариантов…

***

Фотографии из "The New York Bar" и "Hakushu" для атмосферы. Это настоящие места, можете навестить =)))

Источник: tripadvisor

Глава 3.1. Последняя капля

Назад мы возвращались на такси. Моя доля за ужин составила шесть тысяч йен, и до зарплаты на карте оставалось семьдесят тысяч. Вдобавок имелась кредитка, но она уже была в серьёзном минусе, который я понемногу выплачивала.

Мне срочно нужно повышение!

— Как думаешь, он часто приходит в «Хакушу»? Может, нам стоит вернуться туда завтра?

— Вряд ли он ходит туда каждый день, — рассудила я. — Может, есть варианты найти его контакты по-другому? Что ты хочешь с ним обсудить?

После ужина Оскар и Риота попытались подойти к Джину Робертсону, но тот быстро расплатился — за себя и за девушку — и сразу же покинул ресторан. Я не разобрала даже, в какую сторону они уехали. В это же время Аяно увлечённо искала что-то в телефоне.

— Это Хару Шираи, она модель, но я видела её в сериале «Десять дней». Надо же, мы ужинали с настоящей знаменитостью.

Ну как, знаменитостью… Актёров в Токио было множество, и у Хару, кроме этой роли, больше никаких работ в кино не значилось. Однако она действительно была моделью и даже ездила в Милан и Париж на показы домов высокой моды.

— Их видели вместе несколько раз. Её даже спросили, встречается ли она с Робертсоном, на что она ответила, что «её личная жизнь не для публики». Так что, похоже, они пара.

Меня ни Робертсон, ни модель Хару никак не интересовали — куда больше радовало то, что Оскар был рядом, общался со мной, спрашивал советов, сидел плечом к плечу. По пути домой он забрал пакет, в котором я несла остатки мяса. Я видела, что ему было неприятно, что я попросила их завернуть, но он никак это не прокомментировал. Он знал, что я не люблю, когда у меня что-то в руках, и сумку всегда ношу на плече.

Привычка, привычка, привычка…

Мы столько делали вместе за всё это время просто потому, что были продолжением друг друга. Я убираю нашу обувь в шкаф, пока он вешает верхнюю одежду. Раскладываю продукты или, в данном случае, остатки ужина в холодильник, пока он ставит чайник.

— Я хочу, чтобы он инвестировал в проект моего дяди. У него много денег, Робертсон тупо поддерживает даже крохотные стартапы, не глядя, большая часть закрывается в течение двух лет…

— А что твой дядя? Он вернулся из Испании?

— Да, и он решил начать здесь новый бизнес по аренде самокатов, как в Барселоне…

— Разве у нас уже не пытались вводить эти самокаты? — я могла бы вспомнить как минимум три разные попытки, но после того как самокаты оказались в реке и на дереве, идею забросили.

— Дядя говорит, что у него есть уникальная идея. Если я смогу вывести на него инвестора, любого, но такого как Джин Робертсон особенно, то он возьмёт меня в дело. Разве тебе не хочется, чтобы мы, как Риота и Аяно, стали работать меньше?

Я скосила на него глаза, почти боясь спугнуть…