— Ясно. А что насчет моей мамы? Ее имя там есть? — Я знаю ответ на этот вопрос в ту самую секунду, как он слетает с моих губ, но мне просто нужно убедиться.

Отношения матери и дочери в их привычном понимании — это не про нас. Я не видела мать много лет, с самого детства, так что да, прошла целая вечность. Тина выдавила меня из себя, поменяла парочку грязных подгузников, помариновала перед телевизором пару часов в день, а потом ей стало скучно, и она сплавила меня в приют. Малышка Айрис стала для нее чем-то вроде надоевшего питомца или щенка, которого выбросили на улицу, когда он слишком вырос.

— Эм, ну... — начинает мистер Уильямс. — Тина Уинтер, к сожалению, в завещании не фигурирует.

Именно этого я и ожидала.

— Понятно. Что ж, видимо, теперь я домовладелица. Не могли бы вы прислать мне всю необходимую информацию по дому, чтобы мы договорились о дне, когда я смогу забрать ключи?

Шорох перекладываемых бумаг на том конце провода режет слух, прежде чем мистер Уильямс снова подает голос.

— Что ж, мисс Уинтер. Ключи готовы уже сейчас, если... если вам это удобно?

Вот дерьмо.

Прикрыв на секунду глаза, чтобы хоть как-то унять надвигающуюся головную боль, грозящую взорвать мне мозг, я обвожу взглядом свою полупустую квартирку. Она довольно убогая и голая. Наверное, я могла бы съехать? Перебраться в место получше, как говорится.

Нехотя я соглашаюсь.

— Идеально.

Я быстро сворачиваю разговор с мистером Уильямсом, услышав уведомление на ноутбуке. Должно быть, это адрес бабушкиного дома. Бросив телефон на шаткий журнальный столик в центре гостиной, я шаркаю по холодному паркету к своему столу в углу комнаты, плюхаюсь в мягкое вращающееся кресло и открываю крышку; яркий экран мгновенно оживает. Быстро просмотрев правки, которые мне нужно закончить для моего тру-крайм подкаста, я открываю почту и кликаю на новое письмо.

Уважаемая мисс Уинтер.

Еще раз приношу извинения за ранний звонок и печальные новости о кончине вашей бабушки. Представляю, каким шоком это для вас стало, и выражаю свои соболезнования.

Высылаю информацию по дому. Адрес указан ниже. Ключ будет спрятан под большим цветочным горшком на крыльце. Пожалуйста, звоните, если возникнут какие-либо проблемы.

С уважением, мистер Уильямс.

«Уильямс Риэлторс».

Хм? Видимо, на этом все, дело сделано. Я переезжаю.

Прокрутив письмо вниз, я нахожу адрес и вбиваю его в «Google Карты». Через пару минут красная булавка падает на нужную точку. Я переключаюсь на просмотр улиц, и то, что предстает перед моими глазами — настоящий рай для фаната хорроров. Поместье «Уиллоу Крик» одиноко возвышается на участке земли: к парадным двойным дверям ведет гравийная дорожка, территорию закрывают кованые ворота, а сам дом утопает в окружающем его густом лесу. Поправив очки на переносице, я максимально приближаю изображение.

А вот и крыльцо, о котором мистер Уильямс писал в письме, и большой цветочный горшок рядом с массивными, богато украшенными двойными дверями.

Дом и правда потрясающий — в таком жутком, мистическом стиле. Мне нравится.

Закрыв панораму, я вижу, что поместье находится всего в часе езды от меня, в самом сердце Салема. Поверить не могу, что бабушка, которая была для меня абсолютной загадкой, жила так близко. Острая, щемящая грусть пронзает мои мысли. Что, если она была бы той самой материнской фигурой, в которой я так нуждалась? Мне хочется верить, что к своим двадцати девяти годам я неплохо преуспела. Я смогла создать успешный тру-крайм подкаст, который еженедельно привлекает новых слушателей и приносит приличный доход, и я этим горжусь. Но у меня никогда не было ни женского плеча, ни мужского. Мой отец — просто прославленный банк спермы, но оставим эту историю для будущих сеансов травма-бондинга.

Думаю, пока что с нас хватит, верно?

2

2

АЙРИС

Теплый летний ветер бьет мне в лицо через открытое окно машины, солнце играет бликами на моих круглых черных очках. Из динамиков на всю катушку орет «Papercut» группы «Linkin Park», пока я мчусь к поместью «Уиллоу Крик». Как только я закрыла почту, сразу связалась со своим домовладельцем, чтобы сообщить, что съеду к концу недели. Предупредила я его впритык, но я была хорошим жильцом, поэтому он не стал возмущаться и просто пожелал мне удачи.

Фил, хозяин моей квартиры — мужик в возрасте. Мы виделись нечасто, но он был вполне дружелюбен. Грех жаловаться.

Как только я успешно собрала свои пожитки (больше всего времени ушло на микрофоны и камеры, которых у меня целая куча), я запихнула все это в багажник и на задние сиденья, а затем отправилась в путь.

И кому вообще нужен мужик? Уж точно не мне.