— Керр подделал свое алиби на ту ночь, когда тебя похитили.

— Что? — прошептала она.

— Но не по той причине, о которой мы думали. Он был в мотеле с Тарой Гибсон.

У Эмерсон отвисла челюсть.

— Но ей было всего семнадцать.

— Знаю, — сказал я, чувствуя, как в животе поднимается тошнота.

— А что насчет него? — спросил Трей, указывая на фотографию в ежегоднике.

Это был снимок Эмерсон с парнем, которого я не узнал. Он был молод. Может быть, на пять или шесть лет старше нее, и выглядело так, будто он учил ее замаху.

Эмерсон нахмурилась и опустила глаза в книгу.

— Это был один из тех мастер-классов, на которые нас записал тренер. Шон Салливан. Он был из сборной, только что закончил колледж. Он...

Слова Эмерсон оборвались, когда ее начало трясти. Трей уронил книгу и обнял ее.

— Эмми, что случилось?

Она смотрела прямо перед собой, но я знал, что она ничего не видит.

— Виноград.

Все во мне замерло, а затем мгновенно включилось. Это была единственная вещь, которую правоохранительные органы скрыли от прессы. Эмерсон опознала запах винограда.

— Он всегда жевал виноградную жвачку. Всегда. — Взгляд Эмерсон метнулся ко мне. — Это был он? Это был Шон?

Я уже двигался к задней двери и звал Райан. Они с Маршаллом в мгновение ока оказались внутри.

— Эм кое-что вспомнила, — сказала я. — Шон Салливан проводил теннисные курсы для ее команды. Он всегда жевал виноградную жвачку. — В памяти промелькнуло воспоминание о том, как Ридли рассказывала о своем нападении в кемпинге. — И Ридли... — Мой голос сломался на ее имени. — Она сказала, что почувствовала запах чего-то сладкого в дыхании парня, который напал на нее.

Глаза Райан вспыхнули, когда она повернулась к Маршаллу.

— Проверь его.

Он достал свой телефон, открыв одно из приложений, которыми мы пользовались.

— Ты знаешь, откуда он или его дату рождения?

Эмерсон покачала головой. Все ее тело дрожало, а дыхание было прерывистым, пока Трей прижимал ее к себе. То ли от воспоминаний, то ли от того, что в ее пространстве появились новые люди, я не знал.

— Кажется, я его нашел, — сказал Маршалл. — Был в сборной команде по теннису?

— Это он, — ответил я.

Маршалл бегло просканировал взглядом экран.

— В его официальном деле ничего нет, но в колледже его допрашивали по делу об изнасиловании. Похоже, они кружили над ним некоторое время, но ничего не вышло. Обвинения так и не были предъявлены.

Он переключился на другую страницу интернет-браузера.

— У него есть сайт. Предлагает теннисные мастер-классы для средних школ, колледжей и университетов.

Мои мышцы запульсировали от ярости.

— Идеальное прикрытие для того, чтобы путешествовать по стране и похищать женщин, чтобы насиловать и убивать.

Просто произнесение этих слов убило что-то во мне. Что происходило с Ридли в этот самый момент?

— Возьми Санчеса и Гири и проследите за ним. Каждую женщину из списка Ридли. Нам нужно проверить, совпадает ли все это, — приказала Райан.

Но нам нужно было кое-что еще.

— Где, черт возьми, сейчас Шон Салливан? — прорычал я. — Если он где-то затаился, должен быть какой-то след. Мы должны найти его.

Оставалось только наедятся, что еще не слишком поздно.

ГЛАВА 51

РИДЛИ

Волны эмоций и ощущений боролись друг с другом, когда мужчина, которого я одновременно знала и не узнавала, пробирался ко мне из задней части фургона — обжигающий жар и сокрушительный холод, дезориентирующее замешательство и ужасающая паника.

Мой разум изо всех сил пытался сложить все воедино, узнать человека, стоящего передо мной. Но ничего из этого не имело смысла.

Лицо Салли исказилось в ухмылке, которая была так далека от тепла и утешения, насколько возможно.

— В чем дело, Ридс? Не узнаешь меня без костюма старика?

Мне хотелось посмотреть на то, что я видела на столе, на парик и протезы, но я была слишком напугана, чтобы отвести взгляд от человека, который подходил все ближе и ближе. Дело было не только в отсутствии морщин, седых волос и брюшка. Салли даже двигался теперь по-другому, более проворно. Словно он мог нанести удар в любой момент.

— Кто. Ты. Такой? — прохрипела я, боль в боку усилилась, пока я пыталась перевести дыхание.

Человек, которого я знала как Салли, издал цокающий звук.

— Да ладно тебе, Ридс. Ты меня знаешь. Но тебе следовало быть внимательнее. Потому что ты видела меня еще до того, как я начал монтировать твое чертово шоу.

Я напряглась, боль накатывала волнами.

— Когда?

Ухмылка растянулась так широко, что его рот дернулся по бокам, словно ему было трудно ее удержать.

— Знаешь, у тебя всегда был дерьмовый вкус на мужчин.

Мои руки судорожно сжались, когда я пыталась потянуть за свои путы, как будто могла каким-то образом разорвать их силой своего страха.