Теперь ко мне липнут не только хоккейные зайки. Я стою за спинами парней из братства, которые играют в пив-понг, а возбужденные девушки в масках хватают меня так, будто я их собственность, тиская за бицепсы и задницу. Одна наглеет настолько, что пытается снять с меня маску.

— Я сломаю тебе руку прежде, чем ты успеешь ее снять.

Она отстраняется, как будто я обжег ее.

До того как нас выгнали из кампуса в прошлом году, Броуди любил подмешивать в напитки наркоту. Он не делал различий - и девушки, и парни теряли сознание от его «коктейлей». Он научил меня всему, что знал сам. Этот ублюдок превратил это в науку. В форму искусства. Единственный парень, которого я знал, который был близок к тому, чтобы стать таким же долбанутым, как и я. Мой отец заплатил, чтобы и его вытащить из неприятностей. Нам не нужен судебный иск.

В дверь ванной комнаты в конце коридора громко стучат. Обезумевшая девушка в темной одежде с черно-красными волосами колотит в дверь и отчаянно дергает ручку.

— Меня сейчас вырвет!

Несмотря на то, что я возвышаюсь над окружающими меня девушками и между нами всего десять футов расстояния, Джульет не замечает меня, прикрывая рот рукой и пробираясь через тела, чтобы выйти через дверь в ночь.

— Слава богу, ее не стошнило на нас, — визжит рыжая, скривив рот от отвращения.

Я проталкиваюсь между телами, не обращая внимания на то, что рыжая натыкается на спину футболиста и выбивает у него из рук стакан.

— Лучше иди и придержи ей волосы.

Блондинка хихикает.

— Какой джентльмен.

Рвотные звуки Джульет приводят меня к ней в темноте. Она стоит на коленях в кустах за домом, а из окна над ее головой просачивается луч желтого света.

Мои пальцы касаются задней части ее горячей шеи, кожа там такая нежная. Такая аппетитная. Я собираю в руку ее мягкие волосы. Я потяну за них позже, когда буду трахать ее в рот и заставлю снова блевать от моей спермы.

Когда ее желудок наконец опустел, она рухнула на задницу и подняла голову, чтобы увидеть своего героя.

За исключением того, что ее глаза расширяются. Я не ее герой - я ее злодей.

— Ты. — Даже пьяная и вялая, она умудряется наполнить это единственное слово ядом. — Это ты сделал? Ты, блядь, накачал меня наркотиками?

Под маской я ухмыляюсь.

— Не волнуйся. Тебе понравится то, что я запланировал для тебя, маленький демон.

Она так прекрасна в бессознательном состоянии. Я мог бы смотреть, как она спит, каждую ночь.

Прежде чем начать играть с ней, я накрываю террариум Пушистика одеялом. Не стоит травмировать его, позволяя ему наблюдать за тем, что папочка делает с мамочкой.

Джульет не шевелится, когда я отделяю платье от ее кожи и с тихим щелчком открываю лезвие ножа. Я разрезаю тонкую ткань, словно она сделана из воздуха, и от ее приятного треска кровь уже приливает к моему члену.

Разорванное платье соскальзывает с ее тела, обнажая тяжелые груди, торчащие в стороны, но ее соски остаются прикрыты накладками. Я медленно провожу рукой между ее грудей, смакуя каждый дюйм ее гладкой кожи вплоть до трусиков.

— Ты само совершенство, Джульет Хейз. — Я целую камеру позади себя, - она смотрит на нас.

Она так сильно кончит, когда посмотрит это позже. Она станет свидетелем каждого развратного действия, которое я совершал с ее телом, пока она была в блаженном неведении. Она не сможет отрицать, какой эффект я оказываю на нее, наблюдая, как ее бессознательное тело отвечает на каждое мое прикосновение.

Я провожу кончиком пальца по коже чуть выше края ее трусиков. Она не шевелится. Мой рот наполняется слюной от страстного желания быть внутри нее, но сначала мне нужно, чтобы она разогрелась для меня. Мне нужно, чтобы она была насквозь мокрой, чтобы я мог с легкостью входить и выходить.

Я молча снимаю накладки с ее сосков, обнажая бледно-розовые бутоны. У меня в ушах шумит кровь, а яйца сжимаются на грани боли. Я еще никогда не возбуждался так чертовски сильно. Есть что-то такое в том, что она спит и ничего не подозревает подо мной, и это заставляет адреналин вырабатываться быстрее. Я знаю, что она проснется от всепоглощающего удовольствия еще до того, как поймет, кто вытягивает его из нее.

Мой большой палец ласкает ее сосок, пока он не твердеет от моего прикосновения. Даже во сне ее спина слегка выгибается, желая большего. Я ухмыляюсь в камеру.

— Видишь, как хорошо ты реагируешь на меня? Такая хорошая, хорошая девочка.

Эта часть видео заставит ее руки сжаться в кулаки, а зубы заскрежетать, а затем она проклянет меня и назовет ублюдком. Не могу дождаться, когда она впервые посмотрит наше видео.

Мои губы касаются ее соска, прежде чем мой язык обводит этот чувствительный бугорок.

— Блядь, ты такая охуенно вкусная. Я собираюсь проглотить каждый дюйм тебя.

Когда я втягиваю его в рот, из ее горла вырывается сонное хныканье. Я засасываю сильнее, тяну ее грудь вверх, а затем отпускаю, наслаждаясь тем, как покачивается ее плоть при этом движении. Не могу дождаться, когда увижу, как ее великолепные сиськи подпрыгивают, пока я ее трахаю.