Я даже представить себе не могу, каково это - чувствовать их всех троих внутри себя одновременно. Наверное, это было бы максимально близко к раю, насколько я могу себе представить это, оставаясь при этом в живых.

Хотя я сомневаюсь, что они дадут мне возможность дышать, когда будут по очереди входить в мой рот⁠…

Я заставляю себя сделать еще один глоток отвратительного пива, чтобы отвлечься, и меня сразу же чуть не тошнит. Ошибка.

И хотя я не знаю Люка или Трея так хорошо, как их девушек, выражение их лиц говорит мне, что они точно знают, где были “Дьяволы”, но держат рот на замке. Они не хотят, чтобы я знала.

Горячий гнев разливается по моим венам. “Дьяволы” месяцами преследуют меня, следят за мной, лапают в машине, ведут себя так, будто я им небезразлична, а теперь...

Теперь они трахают какую-то “хоккейную зайку”. Где еще они могут быть, чтобы их друзья не хотели, чтобы я знала?

Они мне ничего не должны. Они не просили быть моими парнями и не говорили, что любят меня. Я не имею права злиться.

Но именно это я и делаю. Это единственное чувство, которое бурлит во мне, и единственное которому я могу дать название.

Сиенна трется о Люка среди других пьяных гостей вечеринки, которые без особого энтузиазма танцуют посреди гостиной. Трей и Джульет уединились в темном углу, а их губы искажены коварными ухмылками, будто они замышляют что-то непристойное друг с другом.

Я - пятое колесо.

Собравшись с духом, я залпом допиваю остатки пива, как лекарство, и кричу друзьям, что ухожу. Это вторая разочаровывающая вечеринка, на которой я была в этом семестре, и думаю, что пора с ними завязывать. Вечеринки не для меня. Я бы сейчас с большей охотой занималась учебой.

Я направляюсь к двери, лавируя между разгоряченными, пьяными телами, пока не врезаюсь в кирпичную стену.

В мясистую кирпичную стену, покрытую невероятно мягким хлопком, под которым скрываются твердые, несгибаемые мышцы.

Мой взгляд поднимается все выше и выше, пока...

Лицо “Дьявола” скрыто противогазом. Но я узнаю его фигуру. Его характерный наклон головы, в то время как он изучает меня, находящуюся сильно ниже него.

— Дэмиен...

Позади меня теплое тело прижимается к моей спине. За талию меня обхватывают руки, знакомые и сильные. Якорь, удерживающий меня от того, чтобы уплыть в открытый океан. Он шепчет мне на ухо:

— Привет, красавица.

Я не могу сдержать улыбку, растягивающую мои губы. Нокс. Мое сердце колотится о ребра от их близости, от тепла, исходящего от их массивных тел, от их аромата сандалового дерева и мяты.

— Где вы были? — Я осматриваю толпу вокруг нас, но в масках только Дэмиен и Нокс.

Финна нигде не видно. Мой желудок сжимается от разочарования. Я хочу, чтобы они все трое были здесь, со мной.

Когда ни один из “Дьяволов” не отвечает, я прищуриваюсь.

— Где вы были?

Наконец Дэмиен подходит ближе, а его голос звучит опасно низко и искажается маской.

— Мы ходили навестить твоего бывшего.

Волосы у меня на затылке встают дыбом. Дерьмо. Если “Дьяволы” застали Джеремайю где-то одного, кто знает, в каком состоянии они его оставили. Особенно после того, как узнали, что он распустил руки.

Я осматриваю футболку Дэмиена и костяшки пальцев Нокса, но на них нет ни следа крови.

Мой пульс учащается. Где, черт возьми, Финн? Должна быть причина, по которой его нет здесь с ними, и она нехорошая.

— Что вы сделали? — шепчу я.

— Разгромили его квартиру. Его там не было. Но мы оставили ему сообщение. — Дэмиен складывает руки на груди. Поверх моей головы они с Ноксом встречаются взглядами друг с другом через маски. И оба, я уверена, самодовольно ухмыляются.

Меня накрывает волна облегчения. Как бы мне ни хотелось, чтобы “Дьяволы” выбили Джеремайе зубы, это только подлило бы масла в огонь. Его родители вытащат его из любых неприятностей, в которые он может попасть, и пострадают от всего этого только “Дьяволы”.

И я.

— Он должен держаться от тебя подальше, Рори, — руки Нокса крепче прижимают меня к нему. — И мы позаботимся, чтобы так и было.

— Что за сообщение? — Я поворачиваюсь в его объятиях, всматриваясь в лица вокруг. — Где Финн?

— Финн ждет тебя. — Голос Дэмиена из-за маски сочится намеками.

Мгновенно тревога и беспокойство растворяются, сменяясь предвкушением.

— Ждет где?

Не говоря больше ни слова, Дэмиен перекидывает меня через плечо, словно я невесомая, выбивая весь воздух из моих легких, когда его твердые мышцы и кости вдавливаются в мой живот. Мое платье задирается, обнажая трусики перед всеми гостями вечеринки.

Вокруг нас раздается хохот, пока я колочу кулаками по его спине, но с таким же успехом я могла бы быть мухой, учитывая полное отсутствие реакции с его стороны.

— Эй! Поставь меня!

Нокс шлепает меня по заднице поверх трусиков, прежде чем опустить подол моего платья. Он приподнимает маску ровно настолько, чтобы ухмыльнуться мне.

— Никто не должен видеть это, кроме нас.