С каждым глотком виски, который скользил по моей глотке, я чувствовал, как последняя причина для моего выживания уходит.

Секс.

Просто секс.

Когда это угаснет, что она будет делать?

Бандит за решеткой.

Я хотел ненавидеть ее.

Боже, как я хотел ее ненавидеть, но чувство не приходило.

Единственное, что было во мне — любовь, боль и страх за нее.

— Да пошла ты, любовь, — пробормотал я себе под нос. — Да пошла ты!

Я был сломан.

Мне нужно было ненавидеть ее.

Она лжет мне, как все остальные.

Но страх потерять ее ломал меня.

Я наблюдал, как он прижал мою жену к боку своего грузовика.

А потом они начали целоваться.

Безумно.

Тела слились в одно.

Полностью поглощены друг другом.

И я хотел умереть.

Не выдержав еще одной секунды этой пытки, я бросил бутылку и завел мотор.

С мутными глазами и головой, кружившей от алкоголя, я рванул по улице, решительно.

Мой путь в этот раз — полицейский участок.

Этот ублюдок будет наказан.

ГЛАВА 11

Хоуп

Одетая в одну из футболок Лаки, я сидела на кровати, из которой я сбежала менее чем двадцать четыре часа назад.

Я продолжала думать, что мое время истекает.

Насколько близко я подошла к изнасилованию сегодня вечером?

Это что-то сделало со мной.

Я чувствовала себя изнасилованной.

Как будто я внезапно подвергалась воздействию части этого мира, я не хотела, чтобы не хотеть.

А потом я продолжала думать, что это не закончилось.

Что это произойдет снова.

Что меня собирались изнасиловать и убить.

Честно говоря, я не была уверена, что было хуже: мысль о том, чтобы быть такой сломанной или лишенной жизни.

Когда Хантер вышел из соседней ванной комнаты некоторое время спустя, капая водой, полотенце, обернутое вокруг его узких бедер, и его светлые волосы откинулись назад с его лица, мое сердце застучало в моей груди.

Страх, угрожающий меня поглотить, казалось, успокоился, когда он был рядом. Его простое присутствие заставило тревогу, завязывая мой живот, скользить обратно к дыре, из которой она появилась.

Я хотела этого человека, и, похоже, не имело значения, как и почему.

Я только что сделала.

Где-то в глубине души он позвонил мне и, как бы я ни пыталась его заблокировать, его призыв все еще прорывался.

В мире не было другого места, где я хотела бы быть в этот момент, чем прямо здесь с ним.

В моих действиях не было никакой логики, и все же я жаждала... я болела.

Вот почему мне нужно было иметь его внутри меня.

Только он.

Мне нужно было заменить разбитые мысли в моей голове, громовую боль в моем сердце.

Мне нужно, чтобы он прогнал моих демонов.

— Не спится, милая? — спросил Хантер, проходя к комоду и открывая ящик. Я смотрела, как он натягивает обтягивающие черные боксёры. Потом он повернулся ко мне — воплощение мужской силы.

Вид его заставил меня тяжело выдохнуть, и я прижала пылающую щеку к плечу.

Интенсивность, жажда, страсть… Всё это я чувствовала к нему.

Неважно, что мы пережили сегодня и какие секреты лежали у нас на плечах.

Я всё равно хотела его.

— Нет, — прошептала я, сбивчиво дыша. — Я ждала тебя.

Он нахмурился.

— Хоуп, я привёл тебя сюда не ради этого, детка.

— Я знаю, — прохрипела я, чувствуя, как знакомая волна жара разливается по телу. — Но мне это нужно… — Глубоко сглотнув, добавила: — Мне нужен ты.

Я смотрела, как он смотрит на меня, и ни одно предупреждение от моего разума не могло остановить сердце, колотившееся в груди, кричащее о нём, требующее сделать его своим.

Я хотела, чтобы он поймал меня, потому что я падала, падала в него, и уже не могла остановиться. Я не хотела быть смелой. Я не хотела быть умной или рассудительной. Я хотела безоглядно влюбиться в этого мужчину и не чувствовать за это стыда. Единственное место, где я ощущала, что могу быть настоящей — это в его объятиях.

Всё в нём было для меня новым, чужим.

И это меня притягивало.

Как ловко он обращался с оружием, будто делал это всю жизнь.

Он был воплощением хищника, а я — его добровольная добыча.

— Почему я, Хантер? — спросила я хрипло, севшим голосом.

Он приподнял бровь в замешательстве.

— Почему ты?

— Да, — выдохнула я, медленно кивая, не отводя взгляда. — Почему ты любишь меня?

— Потому что ты мой лучший друг, — его ответ был мгновенным и твердым. — И я никогда не чувствовал… такой связи с кем-то, как чувствую с тобой.

— Правда? — прохрипела я.