Хотя кто знает этих пчел, может они в этом мире переезжают вместе не то что с ульем, но и с куском горы впридачу. Эдвин не просто так обмолвился, что они особенные, а если уж для Эдвина это заслуживает упоминания, то возможно, мы имеем дело с ездовыми насекомыми, на которых впору летать мне, а может и Хоргу. С таких вертолетов станется, удивить они явно смогут.

Вот и хотелось просто посмотреть, что это за зверь такой местная пчела.

Впрочем, ничего, узнаю. Гундар к Герде отправил, видимо староста действительно до сих пор занят, а значит, почему бы и не прислушаться. Развернулся и зашагал к дому старосты, постучал, подождал, и дверь мне открыл Тобас.

Выглядел он уставшим, но лыбился так, что сразу захотелось или испортить ему настроение, или хотя бы узнать причину. А еще после боя он стал выглядеть чуть крепче… Или это мне мерещится, или парень действительно раздался в плечах, и даже осанка поменялась, спина стала прямее, а подбородок чуть выше.

— Ступень взял? — сразу догадался я.

Тобас не ответил, но заулыбался шире и расправил плечи. Ну и правильно, осада хоть кому-то пошла на пользу не только в виде синяков и кошмаров.

— Ты чего, к отцу? — он чуть посторонился в дверном проеме. — Занят пока, готовит отчет об обороне для лорда...

Парень тут же осекся и нахмурился, сообразив, что информация не для чужих ушей. Хотя, казалось бы, ну кому тут докладывать, деревня маленькая и все свои, но когда твой отец староста, язык за зубами держать учишься с детства.

— Мне в целом не столь важно, к кому, — пожал я плечами. — Воск нужен, хотя бы кусочек. Просто проверить кое-что.

— Воск? — удивился Тобас. — Так-то есть немного, но он же на печати нужен, отцу от канцелярии подотчетно выделяют. Точнее выделяли раньше...

Последние два слова он произнес тише, и понятно почему, канцелярия далеко, дороги в город нет, и когда следующая поставка доберется до деревни, не знает никто.

— О, так поделись, чего ты, — оживился я. — Письма все равно некому сейчас слать. Мне правда совсем крохотный кусок нужен, на один опыт. В крайнем случае верну, если уж всё так подотчетно.

— Посмотрю уже использованный, может не всё со старых писем отодрали, — кивнул Тобас. — Но отцу скажу, сам понимаешь.

— Да можешь хоть сказать ему, что я тебя силой заставил, — хохотнул я. — Всё, жду, неси давай.

Тобас скрылся за дверью, а я остался на крыльце. Постоять пришлось, наверное, с полчаса, и всё это время наблюдал за тем, как работают люди, и с каждой минутой проникался к местным все большим уважением.

Туш почти не осталось, справились, пока я носился со своими нитками и воротами. Сколько именно удалось заготовить, точно не знаю, но коптили и варили всем миром, и провизии у нас набралось прилично, это видно даже на глаз. В погреба с рунами сложили то, что ну никак не пролежит больше дня, и теперь за этим добром неустанно следят ответственные лица. Оно и понятно, если что-то начнет портиться, гниение расползется по всему погребу, а бактериям все равно, на чем расти, им только дай повод.

Остальное, а его значительно больше, распределили по обычным погребам. Обработанное мясо и без рун пролежит куда дольше сырого, а там уже дождется нормального склада. Выходит, в моих подвалах сейчас треть запасов в лучшем случае, если не меньше, и это радует. Удивительно, какую работу проделали наши и как быстро они смогли всё организовать, хотя, казалось бы, половина народу валится с ног от усталости, а вторая половина только что встала.

Руки наконец дошли и до разбора завалов. Какую-то часть уже растащили, целые бревна сложили горками, обломки отнесли в сторону, и всё это пойдет на дрова зимой. Хотя у нас еще засеки не расчищены, да и лес повален чуть ли не на километр, дров там хватит на несколько зим, главное укрыть вовремя, а то сгниет.

На стенах тоже кипит работа, хотя криков Хорга и не слышно. Пробоину от носорога латают, а если посмотреть на восток, там работает еще одна бригада. Стену в том месте не пробили, зато уничтожили всё деревянное. Гнилоход постарался на славу, но на обороноспособности это не сказалось, каменная набивка выдержала, а вот частокол и релься придется монтировать заново. Оттуда доносились голоса, мужики о чем-то оживленно спорили, но издалека не разобрать, о чем именно.

Дверь позади распахнулась, и на крыльцо вышел Тобас, довольный настолько, что на лице не хватало места для улыбки.

— Отличный воск, отец целый шмат выделил! — он протянул мне кусочек грамм на пятьдесят, и я заставил себя улыбнуться.

— Благодарю, это действительно поможет. — Нет, на покрытие целой линии такого количества не хватит, но мне сейчас важен опыт, а не промышленные масштабы. Раз уж появилось свободное время, грех не воспользоваться.

— А чего хоть делать-то будешь? — он с любопытством уставился на воск в моих руках.

— Да проводку, — коротко бросил я. — Хочу по всей деревне протянуть линии передачи Основы, а потом в каждом доме будут полезные руны. От освещения до хранения продуктов, руны пригодятся везде. Сердце того жирного голема многое сможет запитать, главное не разбрасываться Основой попусту.

Покивал он старательно, хотя по лицу сразу видно, что не уловил вообще ничего, но переспрашивать не стал, и на этом спасибо.