Он метался в полубреду. Лицо покрылось испариной, губы побелели и потрескались. Бинты на голове стали красными. Мужчина что-то бормотал на незнакомом, резком, гортанном языке и его пальцы судорожно сжимали край одеяла. Я коснулась его лба и тут же отдёрнула руку – он горел.

– Чёрт, – выдохнула я, лихорадочно соображая. – Чёрт, чёрт, чёрт!

Бред, начавшийся от температуры, да и раны не выглядели хоть чуть-чуть лучше, чем пару часов назад. Либо регенерационный состав не сработал как надо, либо внутренние повреждения серьёзнее, чем я думала.

Рэйден снова застонал, и в этот раз громче, но голос звучал более хрипло, отчаянно. В этот момент я поняла, если сейчас не вмешаться, он может не дожить до утра.

– Всё, – сказала я себе, вставая и топая к себе, чтобы взять записную книжку, которую мне подарила подруга, помня о моей любви к блокнотам. – С меня хватит!

Быстро нашла контакт, который записала на всякий случай после того, как Вика чуть не погибла на подпольных гонках, и Айдор буквально вытащил её с того света. Этот линдариец – отличный специалист и умеет держать язык за зубами, пусть и за определённую доплату. Ну и в целом он единственный, кого я могу позвать, не опасаясь, что он начнёт задавать лишние вопросы или вызовет полицию.

Набрав его номер на комме, только сейчас удосужилась взглянуть на время и замерла. Половина пятого. Как же неудобно, но либо так, либо…

– Слушаю, – раздался спокойный, чуть тягучий голос спустя несколько гудков. Даже сквозь динамик он звучал... умиротворяюще, что ли.

– Айдор, это Майя Соколова. Подруга Звездицкой. Вы меня, может, не помните, но...

– Помню, – перебил он без раздражения. – И ваш кофе тоже помню, – в голосе линдарийца проскользнула улыбка. – У вас всё в порядке?

Я на секунду замешкалась. Как сказать: «У меня в подсобке умирает двухметровый инопланетянин с отрезанными рогами»?

– У меня здесь... человек. Очень тяжёлый. Раны на голове, с рёбрами что-то может быть, внутреннее кровотечение, кажется, было. Я обработала голову, вколола регенерационный состав, но ему хуже. Сейчас вот поднялась температура и начался бред. Мне нужна помощь, но без полиции и скорой. Он просил никого не вызывать.

На том конце повисла пауза. Я уже приготовилась услышать вежливый отказ или нотации, но Айдор спросил только:

– Раса?

– Осдорец, – выдохнула я. – У него срезали рога.

Тишина стала другой. Более напряжённой.

– Я понял, – сказал он наконец. – Буду через двадцать минут.

– Просьба подъехать к чёрному ходу в проулке.

– Хорошо.

– Спасибо.

– Не благодарите раньше времени, Майя. Скоро буду.

Как только вызов был завершён, я спустилась на первый этаж и остановилась рядом с диваном, где лежал Рэйден, чувствуя, как дрожат руки. Он снова застонал, и я на секунду взяла его за руку – просто чтобы успокоить. Его горячие пальцы сжали мои с неожиданной силой, и он затих прошептав:

– Не уходи, аиша…

– Я не она, но ты только не умирай здесь, – прошептала я.

Ждать двадцать минут оказалось бесконечно долго. Я успела сбегать на кухню, вскипятить воду, приготовить чай, который так и не выпила, пару раз проверить дыхание Рэйдена и даже протереть ему лицо влажной салфеткой, насколько позволяли бинты. Он то приходил в себя, то снова проваливался в бред, и каждый раз я боялась, что в следующий раз он не откроет глаза.

Как называется газопылевое облако, которое "пахнет" малиной?

Наконец Айдор позвонил мне на комм, сказав, что уже у чёрного входа. Я побежала и распахнула дверь, чуть не столкнувшись с линдарийцем.

Айдор был выше, чем я запомнила, или это просто в узком проёме так казалось. Светло-голубая кожа в тусклом свете лампы отливала синевой, а коротко стриженные фиолетовые волосы идеально сочетались с глазами того же оттенка, которые сейчас выглядели почти чёрными. Он был одет в простую тёмную одежду, но на плече висела медицинская сумка, которая, судя по тому, как он её нёс, весила прилично.

– Показывайте, – сказал он без приветствий, переступая порог.

Я провела его в подсобку, где на диване по-прежнему лежал Рэйден. Айдор остановился на входе, и я видела, как он быстро, профессионально скользит взглядом по телу пациента, по бинтам, по лицу, по позе.

– Вы молодец, – сказал он, опуская сумку на пол и присаживаясь рядом с диваном. – Первая помощь оказана грамотно. Бинты наложены правильно, кровотечение остановлено. То, что он дожил до моего прихода, во многом ваша заслуга.

– Он умрёт? – спросила я прямо, потому что ходить вокруг да около не было ни сил, ни желания.

Айдор ответил не сразу. Он достал из сумки небольшой сканер, провёл им над телом Рэйдена, изучая показатели. Потом поднёс ладони к его голове, замер, и я заметила, как кончики его пальцев начали слабо светиться мягким голубоватым цветом.

– Вы решили использовать свои способности? Всё плохо?