– На Осдоре это самое страшное унижение, – добавил он так тихо, что я едва расслышала. – Тот, кому срезали рога, считается мёртвым для общества. Его изгоняют. Лишают имени, титула, наследия. Он становится никем.

Я сглотнула. Осдор – богатая, закрытая для туристов без специальных разрешений, а ещё не так давно тут уже был весьма настырный осдорец, который пытался доказать Вике, что он – её идеальный вариант. И да… У него была такая же светлая, чуть мерцающая кожа, как и скрученные рога по типу таких, какие бывают у баранов. А у Рэйдена на их месте теперь были раны…

– Тебя хотели не просто унизить, а уничтожить, – сказала я, начиная прикидывать масштаб проблемы, в которую ввязалась.

– Да, – просто ответил он. – Хотели, но не смогли.

Я закончила с головой, аккуратно забинтовав её, и откинулась на пятки, разглядывая свою работу. Под бинты положила специальные салфетки, с кровоостанавливающим эффектом. Надеюсь, поможет.

– Теперь надо снять рубашку, – сказала я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, хотя было страшно.

Рэйден попытался приподняться, чтобы снять рубашку сам, но я видела, как тяжело ему даётся каждое движение. Лицо побелело ещё сильнее, и он замер.

– Могу помочь снять рубашку, если у вас такое не возбраняется… – сказала я, но, заметив, что он не совсем понял смысл моей фразы, добавила: – У вас допускается, чтобы свободная женщина прикасалась к мужчине?

– Нет. Но… в моём случае глупо пытаться соблюдать приличия…

– Тогда приступим…

Рубашка была из плотной тёмной ткани, сложного кроя и со множеством мелких пуговиц. Я расстёгивала их одну за другой, стараясь не касаться его кожи, но это было невозможно. Мои пальцы то и дело натыкались на горячее тело, и я чувствовала, как он вздрагивает от прикосновений или от боли не знаю. Только когда я, наконец, стянула рубашку с его плеч, воздух из лёгких вышел сам собой.

Под тканью скрывалось не просто тело – я бы сказала, что его торс выглядел как один сплошной синяк со ссадинами и отёками. Широкая, мощная грудная клетка была покрыта багровыми пятнами, особенно с левой стороны. Там синяк был не просто багровым, а почти чёрным. Я выругалась сквозь зубы.

– Спасибо, что не прошла мимо и сейчас возишься со мной, – устало сказал Рэйден.

Я не нашлась что ответить. Ведь это было не везение, а просто дурацкое стечение обстоятельств, и окажись он чуть дальше, я бы его даже не заметила? Да уж…

В глаза Рэйдена, несмотря на боль и слабость, было что-то такое, отчего мне стало не по себе. Благодарность? Или расчёт? Сейчас это было неважно.

– Рёбра, скорее всего, треснули, – сказала я отстраняясь. – Не могу точно сказать, я не врач, но знакомого, всё же вызову. Мне нравится твоё состояние.

– Давай ты сделаешь что можешь, а там, как пойдёт. Мне нельзя медикам. Не сейчас… – продолжал упорствовать осдорец.

Пришлось залезть в голосеть, чтобы изучить, как провести осмотр рёбер без сканера и что делать в целом. Пока выходило, что если у него просто трещина, то надо дать только обезболивающее и не делать повязок. Однако были и такие случаи, когда требовались и повязки тугие, а то и операция. В общем, осмотр занял ещё полчаса. Я обрабатывала ссадины, смывала кровь, заклеивала пластырем глубокие порезы. Рэйден терпел молча, только иногда шипел сквозь зубы, когда я касалась особенно чувствительных мест. К концу процедуры он выглядел как мумия – наполовину замотанный в бинты. Я выпрямилась, разминая затёкшую спину, и посмотрела на него.

– Всё, что могла, я сделала, – сказала я устало, хотя мужчина уже и отключился, кажется. – Дальше – только врач. Если тебе станет хуже или поднимется температура – я вызову медиков. Умирать у меня в кафе тебе не позволю.

Дальше собрала использованные бинты и окровавленные салфетки в пакет, решив их выбросить подальше, чтобы никто не нашёл. Убрала аптечку, вылила грязную воду, вымыла миску и вернулась в комнату, решив эту ночку присматривать за Рэйденом. Накинула на него старое тонкое одеяло, а сама устроилась, завернувшись в след в небольшом, но удобном кресле. Что ж… Регенерационный состав я ему вколола, в остальном всё зависит от его организма и степени повреждений внутренних органов.

Я села на край дивана, чувствуя, как усталость наваливается тяжёлым грузом. Ноги гудели после целого дня на ногах, спина ныла оттого, что я долгое время провела в неудобной позе, перевязывая его. И голова шла кругом от мыслей, но как-то незаметно для себя провалилась в сон, заметив, что дыхание Рэйдена спустя полчаса стало более ровным и размеренным.

Глава 3. Сложная ночь

Майя Соколова

Мне казалось, что я только заснула, как тут же проснулась от глухого, сдавленного стона. Сначала я даже не совсем поняла, где нахожусь. Кресло оказалось жёстким, шея затекла, а во рту было сухо. Но когда сознание прояснилось, я вспомнила переулок и свою неожиданную находку.

– Рэйден? – я сползла с кресла и присела рядом с ним.