Он вышел, жестом позвал охранников, и через минуту чёрный флаер отъехал от кафе, растворившись среди транспортного потока.

Я выдохнула, чувствуя, как дрожат руки.

– Майя, – Рэйден подошёл ко мне. – Кто это?

– Хидео Аоки, – ответила я устало. – Местный бизнесмен, который решил, что моё кафе – лакомый кусочек, и хочет отжать его. Подкупает моих сотрудников, договаривается о задержках поставок, подсылает проверки. Думает, что я сломаюсь или добровольно соглашусь стать его женщиной.

– Но ты не сломаешься, – сказал Рэйден. Это был не вопрос.

– Нет, – я подняла на него глаза. – Я не хочу иметь ничего общего с этим мужчиной.

Он кивнул, и в его взгляде мелькнуло что-то такое, словно он для себя прямо сейчас всё решил.

– Тогда будем держаться вместе, – сказал он. – Ты не одна, я постараюсь помочь тебе, чем смогу и поскорее всё вспомнить.

Я хотела сказать, что он не обязан заниматься моими проблемами, но слова застряли в горле, потому что в его глазах я увидела то же самое упрямство, что и у меня.

Рэйден таро Эс'Норайо.....

Майя стояла передо мной бледная, с дрожащими руками, но с таким вызовом в глазах, что я невольно залюбовался. Эта землянка явно не привыкла сдаваться. Это качество восхищало и одновременно пугало, потому что такие люди часто сгорают, не дождавшись помощи.

– Тогда будем держаться вместе, – сказал я, добавив: – Ты не одна, я постараюсь помочь тебе, чем смогу и поскорее всё вспомнить.

Сказав это, ощутил в груди лёгкое тепло. Словно я начал чувствовать к Майе нечто большее, чем просто благодарность. Да и чего уж там… Она красивая, умная, сильная, в такую женщину невозможно не влюбиться. Однако она сама вряд ли будет рада подобному откровению. Да и я пока тут всего лишь приживала, который только-только начал отрабатывать свой долг перед ней. Поэтому конкретно сейчас, я не имею права говорить ей о чувствах. Но могу стать опорой.

– Рэйден, – она хотела что-то возразить, только я перебил, мягко, но твёрдо.

– Не спорь. Ты рисковала всем ради меня, когда я был незнакомцем, умирающим в грязном переулке. Думаешь, я сейчас отвернусь, потому что какой-то другой мужчина решил, что имеет право на тебя и твоё кафе? – я сделал паузу, почувствовав, как внутри поднимается холодная злость – не та, что затмевает разум, а та, что заставляет действовать. – У меня сейчас нет ни имени, ни нормальных документов, память восстановилась лишь частично, но зато есть руки, ноги, голова на плечах и желание тебе помочь. Думаю, пока этого достаточно.

Она посмотрела на меня долгим, изучающим взглядом. В её карих глазах с золотистыми искорками плескалось что-то тёплое, отчего у меня заныло под рёбрами от нежности к этой хрупкой землянке.

– Ты странный, – наконец сказала она. – Обычно люди, когда попадают в беду, думают только о себе. А ты… хочешь защищать меня. Хотя сам ещё до конца не оправился.

– Но уже вполне твёрдо стою на ногах и даже разношу заказы.

Она хотела ответить, но в этот момент из зала донёсся звонок с терминала, означающий поступление продуктов. Майя вздохнула, провела рукой по лицу, словно стирая усталость, и кивнула.

– Ладно. Работаем.

Я вернулся в зал, но мысли всё ещё крутились вокруг Аоки. Его взгляд и прикосновение к руке Майи вызывало во мне глухое раздражение. Я пока ещё до конца не вспомнил о том, кем я был в прошлом, но почему-то мне жутко хотелось поставить этого мужчину на место не самым безобидным способом. Жаль, что подобное грозит ответом перед местным законом.

Провёл рукой по лицу, ощущая под пальцами выступы на лбу, заклеенные пластырем – там, где когда-то были рога. Символ достоинства, чести и, в моём случае, власти.

– Власти… – пробормотал я, цепляясь за слово.

Оно откликнулось внутри знакомым, почти родным эхом. Да, я привык повелевать. Отсюда и мои жесты, и манера держаться, и умение быстро гасить конфликты – почти неосознанно, одной интонацией. Майя думала, что в кафе просто спокойные дни, но на деле я пару раз пресёк назревавшие скандалы, даже не привлекая внимания.

Я однозначно был кем-то вроде командующего – или тем, кто привык управлять, держать всё под контролем. Не случайно я постоянно слежу за андроидами, замечая малейшие сбои, и с каждым днём всё больше проникаюсь делами бизнеса Майи. И ловлю себя на мысли, что я из тех, кто не привык, чтобы кто-то другой трогал то, что… ему дорого.

Только Майя не принадлежит мне. И это понимание отрезвило лучше любого холодного душа.

Я глубоко вздохнул, заставил себя успокоиться и подошёл к очередному столику, уже привычно, дежурно улыбнулся и принял заказ, ориентируя посетительниц на время отдачи заказа.

– Скажите, а во сколько вы заканчиваете? – неожиданно спросила светловолосая девушка с неестественно большими губами, словно её кто-то укусил.

– Эта информация личного характера и не относится к вашему заказу, – ответил я.